Скулы северянина свел гнев. Он сжал кулаки.
Как объяснить эльфу, что этот ребенок для меня значит?! Да и если скажу, не поверит.
— Лледос, — заглянув в сине-серые глаза, прошептала я. — Это моя просьба. Той девочке я обязана… м-м-м… жизнью. Если бы не Иссандра, я бы рассыпалась прахом пятьсот лет назад. Пожалуйста, сделай так, как прошу.
Почти вставшее солнце вынудило меня спешно скрыться в земле. Но чуткий слух уловил тяжелый вздох:
— Хорошо, Веомага.
Слава Сайгуму! Этим днем я усну спокойно…
Надежда на крепкий сон не оправдалась. Из-под земли я выбралась жутко злая и настороженная еще до того, как последние сумерки покинули молодой лес. Причиной моего состояния была вовсе не разболевшаяся рука (хотя и она тоже), а чутье. И оно говорило, что в недрах разрушенного гнезда не все гладко.
Пока не проснулись мои вампиры, я подошла к эльфу. Лледос вместе с Жаданом сидел у костра. Над пламенем дожаривались птичьи тушки, а эльф коротко объяснял сунжэ, как лучше готовить мясо на углях.
— Лледос, — я оборвала северянина на полуслове, — ты сделал, что я просила?
Эльф всматривался в меня одно мгновенье. Потом недовольно закряхтел, встал, отряхивая руки.
— Не забывай поворачивать, — кинул он Жадану, указав на прочный самодельный вертел.
Мы отошли на десяток шагов. Сумерки скрадывали все лишние краски, но лицо эльфа казалось бледнее обычного.
— Могилу нашел бы даже ребенок, — Лледос сразу начал говорить по делу. — Не похоже, что ей пятьсот лет. Десяток. Не больше. Да, кости там эльфийские. Черепа не было. Зато я нашел вот это.
В мою ладонь легла медная пластинка с выбитой на ней тайнописью. На первый взгляд, обычные анноанские буквы сплетались в затейливый узор из гласных и согласных.
— Череп захоронил? — уточнила я, вертя в пальцах округлую пластинку.
Кивок был расценен мною как «да». Эльф не сводил глаз с пластины.
— Знаешь, что это? — он наклонился чуть ближе.
— Тайнопись.
— Язык вроде человеческий.
— Анноанский.
— Думаешь, послание? — Лледос перевел взгляд на меня.
— Да, но не нам.
— И кому же? — Где-то в ветвях большой филин раскрыл крылья и спрыгнул к земле. На миг блеснули желтые глаза. — Веомага! Эй, слышишь?
Эльф щелкнул пальцами у моего носа. Я дернулась. Оглянулась. Сумерки уступили место ночи. На небе засияли крупные звезды. Нехотя просыпались Ярун и Эгун. Последний как раз выбирался из земли.
Я снова поглядела на медную пластину, испищреную древними письменами.
Все встало на свои места. И лес, и эльфийский череп, и Поцелуй Некроманта, так легко доставшийся Яруну. А я поверила в случайность, повелась, как ребенок.
— Пойдем, — сказала я эльфу, двинувшись к костру. Медную пластину я спрятала в кармане тонкой куртки. Незачем ее лишний раз демонстрировать.
Вокруг потрескивающего костра сидели остальные. Эгун потягивался, хрустя всеми суставами, точно старик. Жадан отпускал шуточки по этому поводу. Ярун пытался унять зевоту — ещё одну привычку, оставшуюся от человеческой жизни. Пламя бросало забавные тени на лица сидящих. Но мне было не до забавы.
Когда все, включая Лледоса, обратили на меня внимание, я произнесла:
— Мне кое-что нужно, — на самом деле я долго подбирала слова, чтобы все вышло, как надо. — В пяти километрах отсюда есть ручей. Не думаю, что он пересох. Так вот, мне нужна вода из этого ручья.
— Вода? — изумился Жадан. — Для чего? Ты ж не пьешь, а нам с Лледосом хватит той, что во флягах.
Ну, вот. Мне только спора с сунжэ не хватает! Жадан бывает назойливее, чем даже боль в левой руке.
— В ручье есть серебро. И много. — Нехотя пояснила я. — Вода в его русле имеет кое-какие магические свойства. По правде сказать, я уверена, что этаж создателя, на который мы хотели сегодня проникнуть, нашпигован ловушками.
— И причем тут волшебная вода? — Эгун наморщил лоб, пытаясь понять, к чему я клоню.
— Ловушки магические? — Догадался Лледос. — Против нежити? Других вампиров?
— Да. Я знаю, как их обезвредить. Но для этого мне нужна вода из ручья.
— Не вопрос, — бодро произнес Эгун, разминая ноги. — Я сейчас.
Расчет оказался верным. Ридаец что угодно сделает, лишь бы не идти в руины. Ему там ой как не понравилось!
Я едва успела остановить Эгуна. Он схватил две фляги и направился в чащу леса.
— Эгун, — окликнула я, указывая пальцем направление — Во-первых, в другую сторону. Во-вторых, возьмешь с собой Жадана.
— Можно? — обрадовался пацан, скучавший по общению с другом.
— Да, — я улыбнулась. — Тебе не мешает прогуляться. Но это не все. С вами пойдет Лледос. Не спорь, — это уже закатившему глаза эльфу, — иначе они заблудятся.
Дождавшись, пока северянин уберет кислую физиономию, я сказала:
— У вас на все половина ночи. Прежде, чем брать воду, проверьте, что рядом серебро. Не хочется переделывать вашу работу, — уколола я напоследок. Пусть не думают, что это увеселительная прогулка по лесу.
Все трое двинулись к деревьям. Вдруг Жадан быстро развернулся и помахал мне рукой:
— Вея, мы скоро вернемся! Не скучайте! — и заспешил следом за эльфом и вампиром.
Ну, что за ребенок! Ох уж эта его непосредственность.
