Каждый месяц мистер Ларсен проводил в разъездах полторы-две недели, причем не всегда это были визиты в цивилизованные мировые столицы. У Стального Зуба, как называли Ларсена его партнеры, могли обнаружиться дела на африканском континенте или на одном из крошечных островов в Карибском море. Сферы его интересов были обширны и непредсказуемы. Он относился к той породе людей, кто, имея крупное дело, не теряет интереса к мелочовке, если чувствует, что она хоть с мизерной вероятностью способна повлиять на будущее. Он мог вложить деньги в ферму по разведению редкой разновидности крокодилов и через некоторое время полететь в Австралию для инспекции своей новой игрушки. Он охотно инвестировал, по его же собственному выражению, «в воспаленные умы фантазеров». В семи странах, которые по древней ханжеской традиции принято называть развивающимися, работали фонды Свена Ларсена, раздававшие денежные гранты ученым, писателям, изобретателям и прочим чудакам с развитым воображением. Он и сам много занимался странными опытами, как считали окружающие, – на грани науки и метафизики, но ученым себя не считал, а колдуном и подавно. Будущее – вот был его фетиш и его фантом. Что бы ни производили его компании, сам Ларсен был помешан на идее производства будущего. «Фантазии – наш основной ресурс. И что бы мы ни делали, мы делаем одно – создаем будущее». Так он любил говорить в интервью.
После развода с матерью Кристины десять лет назад он больше не женился. Периодически появлялся в свете с длинноногими топ-моделями, с актрисами из сериалов и начинающими певичками, но ни одна из них так и не смогла добиться статуса постоянной подруги капиталиста.
Впрочем, был один человек, который находился к мистеру Ларсену так близко, как ни одна женщина не могла даже мечтать. Этот человек должен был знать и наверняка знал о планах своего босса, его графике, встречах, маршрутах передвижения, счетах, расходах, – в общем, обо всем, включая состояние его медицинской карты. Старый Хенрик Ольгрем на протяжении последних двадцати пяти лет занимал в компании номинальную должность исполнительного директора. В действительности его обязанности были важнее и значительнее. Хенрик был помощником, секретарем, правой рукой и доверенным лицом Свена Ларсена во всех вопросах его бизнес-деятельности, да, пожалуй, и личной жизни.
Это Хенрик забил тревогу, когда два месяца назад, во вторник к полудню, босс не появился на совете директоров, который не мог пропустить ни при каких обстоятельствах. Хенрик сообщил в полицию, а из всех членов семьи первой позвонил Кристине, намекнув, что вопрос деликатный и панику раньше времени поднимать не стоит. Он же рассказал полицейским, что Свен Ларсен планировал провести уикенд в Москве и должен был оказаться в российской столице в субботу утром, проведя день пятницы в Хельсинки. Там была запланирована встреча с владельцами одной интернет-компании, которую он намеревался купить.
Шведская полиция установила факт пересечения Ларсеном российской границы. Затем в сотрудничестве с российской полицией началась кропотливая проработка следов, оставленных промышленником в Москве. Результаты обескуражили опытнейших следователей. Создавалось впечатление, будто солидный человек играл в нелепую шпионскую игру.
Были изъяты записи с видеокамер во всех четырех местах, где всплывала кредитная карта господина Ларсена. В этих файлах удалось обнаружить его отчетливые изображения. Он попадал в поле видимости камер, но почему-то всегда один. Было совершенно непонятно, кто его сопровождал, с кем он встречался в Москве, с кем общался и общался ли вообще.
У Марка Йове, руководителя стокгольмской следственной группы, этот факт вызвал большое недоумение. Один из лучших следователей Швеции, рекордсмен по количеству раскрытых дел и хронический астматик, инспектор Йове искренне полагал, что, прибыв в чужую страну – с деловым ли визитом или в туристической поездке, – невозможно обойтись без общения с местной принимающей стороной. Но камеры свидетельствовали объективно и беспристрастно: Свен Ларсен везде был один. «Вояж мизантропа» – так выразился Марк Йове, характеризуя эту поездку кому-то из сослуживцев.
