– Я хочу тебе помочь его найти. Моя цель – разоблачить «Стаю». Для этого необходим сильный ход, сильный образ, доказательство. Понимаешь? Мансур подходит. Если в финале этой поисковой кампании ты предъявишь всему миру шейха и доказательства того, что Мансур был похищен полковником Казбековым и его почтенной фирмой, моя миссия окажется выполненной. Это я имел в виду, когда говорил о соотнесении целей. Наши цели почти совпадают. Это значит, мы можем стать союзниками и даже использовать друг друга. Потому что каждому из нас это может быть полезно. Для разведчика важен деловой расчет. Если он понимает, что его локальная цель совпадает с локальной целью того, кто вчера был его противником, он может объединиться с ним ради достижения этих целей. И неважно, что он думает о противнике. Тот может быть в его глазах хоть людоедом. Главное – действовать не эмоционально, а прагматично ради достижения цели.
– Значит, используем друг друга?
– В разведке это считается самым разумным вариантом партнерства.
– Как в жизни…
– Значит, ты согласен?
– Я не совсем… Я сейчас не могу принимать такие решения в одиночку. У меня вообще-то контракт, и мне необходимо посоветоваться с моим нанимателем.
– Кто он?
– Это девушка. Кристина.
– Я бы не рекомендовал тебе советоваться с ней.
– Почему?
– Потому что это ее отец, Свен Ларсен, заказал «Стае» похищение Мансура.
После того как они с Сержем разделились, Кристина быстро смешалась со стайкой европейских туристов. Нацепила солнцезащитные очки, с помощью заколки поменяла прическу, приняла умеренно заинтересованный вид и, задрав голову кверху, принялась неторопливо перемещаться по квартире-музею. Что-то спросила наугад по-французски у старушки, бредущей рядом. Та, улыбнувшись, ответила по-немецки, и Кристина нарочито громко принялась на этом языке вещать ей о своей любви к русской литературе. К счастью, экскурсия двигалась в сторону выхода.
Рядом с дверью Кристина заметила громилу, внимательно сканирующего взглядом окружающее пространство. Пока он не мог ее разглядеть – старушка служила прикрытием. Поравнявшись с громилой, Кристина взяла старушку под локоть и склонила к ней голову, будто пожилая леди собралась что-то сказать ей на ухо. Старушке такое обращение неожиданно понравилось. Она действительно начала рассказ о том, как важно ей было приехать в Москву, потому что недалеко отсюда в сорок первом году в бою погиб ее старший брат. Кристина сочувственно выслушала и отпустила руку старушки только рядом с двухэтажным туристическим «Неопланом», припаркованном на Садовом кольце.
Короткий вздох облегчения и снова – собраться, чтобы не выдать себя в незнакомом городе, у которого такой хищный оскал.
«Мне надо обратно, в интернет-кафе рядом с вокзалом. Как Серж называл это место? «Отсрочник»? «Отстройник»?»
Кристина отошла с тротуара под козырек итальянского ресторана. Конечно, она понимала, что никогда не найдет такого названия на карте. Девушка зажмурилась. Пространственное мышление и ориентирование на местности никогда не представляли для нее сложности. Их путь от «Отстройника» сюда был коротким и немного извилистым. Оттуда – направо, несколько кварталов прямо, потом – опять направо, налево и еще раз налево.
Кристина открыла глаза и поняла, что таксист проехал по кругу. А нужное ей место находится на расстоянии всего пяти-шести кварталов по прямой. Она приняла решение пройти этот путь пешком. Сначала – вдоль широкой магистрали, заполненной дымящими автомобилями. Кристина двинулась вперед, брезгливо озираясь и физически ощущая, как гарь из выхлопных труб оседает на ее одежде, в ее легких, во рту.
Автомобили вели себя неистово и нелепо. Вместо того чтобы спокойно, пусть и неторопливо, следовать в своем ряду, они постоянно перестраивались, подрезая друг друга. Поэтому каждые пару десятков метров на магистрали образовывались маленькие заторы. Как узлы на веревке. Оттого вся магистраль стояла, толкалась и дымила. Вся эта авточехарда напоминала злонамеренный флешмоб, придуманный создателями примитивной ресторанной музыки, раздававшейся из-за полуоткрытых окон большинства автомобилей.
Кристина ускорила шаг. Она почти добежала до площади, вид которой заставил ее остановиться и несколько минут удивленно глазеть по сторонам. Справа невысокой декорацией расположилось ажурное здание со ступеньками меж белых известковых колонн. «Что-то концертно-выставочное. Как было бы здорово вместо муторной беготни зайти сейчас сюда. Послушать Малера и дать волю чувствам». Слева возвышался пузатый бочонок с островерхой крышей и воткнутым в нее шпилем. Уменьшенная копия сталинских высоток. Кристина задрала голову вверх, чтобы получше разглядеть верхнюю, самую интересную часть здания. Но главное, что привлекло ее внимание, – огромная статуя в центре площади. Человек с мрачным, решительным лицом, который почему-то нерешительно остановился именно в этом месте. И не знает куда деть руки.
