– Они восстановились. Так же, как «Чарджер» восстанавливается каждую ночь.
– Ночная ведьма заново крутит старые песенки.
– Пока не выжжет спящего.
Три солдата в зеленой форме и касках появились из-за открытой двери полицейского автомобиля все в крови и с ошметками плоти в выщербленных зубах. Дин выстрелил одному в подбородок, Сэм уложил оставшихся выстрелами в голову. Братья уже прошли было мимо машины и замерли: зомби не прятались за автомобилем – они там жрали. Истерзанное тело Даррена Нэша, того самого дородного репортера, который брал интервью в закусочной, лежало на земле и не досчитывалось половины шеи и больших кусков плоти с плеч и бедер. Одного глаза не было вместе с частью щеки, второй безжизненно таращился в ночное небо. В руке у трупа был зажат забрызганный кровью блокнот, и несколько листков трепетали на ветру, приоткрывая детали истории, которую Нэш уже не расскажет.
– Без этого зрелища я бы обошелся. – Дин отвернулся от трупа.
– Дин, минутку. – Сэм поймал его за руку.
Дин оглянулся:
– Что?
И понял.
Пальцы не занятой блокнотом руки дрогнули, потом перекатилась вбок голова. Оставшийся глаз медленно вращался в глазнице, пока не сфокусировался на Винчестерах. Со стоном репортер оперся на окровавленные руки и с трудом встал. Из-за разорванной шеи его голова клонилась набок. Издав влажный хрип, он шагнул к Дину раз, другой, вытянув руки с жадными пальцами.
– Нет, серьезно?
– Вполне можно…
– Заразиться, – закончил Дин. – Да, я знаю.
Когда он прицелился, от дула пистолета до лба Нэша оставалось меньше метра. Без колебаний Дин надавил на спусковой крючок, вышибив из затылка репортера половину мозга и снеся заднюю часть черепа.
– Эй! – крикнул кто-то. – Они застрелили Нэша!
Дин оглянулся.
Латиноамериканец из Государственного патруля Колорадо переводил пистолет с него на Сэма.
– Бросьте оружие! – скомандовал он.
– Осторожно! Сзади! – крикнул Сэм.
Вальдез развернулся и оказался лицом к лицу с ненасытным эсэсовцем в черной униформе, остроконечной фуражке и с нарукавной повязкой, украшенной свастикой. Они стояли слишком близко друг к другу, чтобы можно было стрелять. Полицейский ткнул ствол оружия прямо зомби в живот и принялся безуспешно стрелять. Не обращая внимания на дыры в животе, зомби отхватил кусок плоти от его шеи. Из разорванной артерии хлынула кровь, но Вальдез продолжал нажимать на курок, пока не опустошил магазин. Зомби схватил его за плечи и принялся вгрызаться в плоть, хотя его собственная нижняя половина тела отделилась от верхней и ноги вялялись в стороне. Верхняя часть тела солдата повалила Вальдеза на землю и продолжала жрать уже после того, как из глаз полицейского ушел блеск.
По улице к ним бежали офицеры Серази и Уайлд.
Офицер Серази подбежал первым, опустил взгляд:
– О господи…
Он резко отвернулся, наклонился, и его вырвало. Уайлд шагнула к продолжавшему жрать зомби и прицелилась ему в затылок, отводя глаза от трупа Вальдеза. Дин и Сэм подошли к ней.
– А теперь Вальдеза, – подсказал Дин. – Или он вернется одним из них.
– Я… я не могу. – Она отвернулась.
Дин посмотрел на залитый кровью труп полицейского, лежавший под уже по-настоящему мертвым зомби. Его немигающие глаза были широко открыты.
– Бедняга. – Дин выстрелил.
Из ближайшего итальянского ресторанчика («Мамма Ферацци», Винчестеры уже проезжали мимо него) раздались крики. Сэм мрачно взглянул на брата и бросился туда:
– Зомби забрались внутрь!
Сквозь витринное стекло вывалилось два тела: горожанин и сцепившийся с ним зомби, чьи челюсти щелкали мерно и так громко, что было слышно почти с пяти метров.
Солдат тянулся руками к лицу человека, но тот, крепко удерживая противника за волосы, пока умудрялся отталкивать клацающие зубы. Если солдата и волновало, что его скальп медленно отходит от черепа, он этого никак не показывал. Сэм подбежал и пнул нациста ногой по челюсти, чтобы удобнее было засадить пулю в висок. Сверху вниз он разглядывал посетителя ресторана:
– Вас укусили?
Мужчина поспешно поднялся на ноги, пробежался пальцами по рукам, осторожно потрогал лицо и шею.
– Нет. Нет, вряд ли. Поцарапался. Не укусили.
– Вам повезло, – сказал Дин. – Проваливайте домой.
– Моя жена, – возразил спасенный. – Она ушла в уборную перед тем, как эти… эти твари появились из ниоткуда. Она все еще в ресторане.
– Мы разберемся, – пообещал Сэм.
Только войдя в «Мамму Феррацци», Винчестеры оценили масштаб проблемы. Десяток посетителей забились в дальний угол зала, окруженные примерно таким же количеством зомби. Одни съежились у стены, повернувшись спиной к нападающим, и скулили от страха; другие истерично вопили, чтобы кто-нибудь ради всего святого что-нибудь сделал, и только некоторые, вооружившись стульями, как укротители львов в цирке, отталкивали мебельными ножками зомби каждый раз, когда те пытались кого-нибудь схватить. Зомби, нечувствительные к боли, равнодушно сносили удары и продолжали теснить потенциальных жертв.
Уайлд и еще несколько полицейских, войдя вслед за Винчестерами, оценивали ситуацию.
– Больше, чем в прошлый раз, – заметила Уайлд.
