В-третьих, как ни странно, была Дорис Лаудер с кожей влажной и белой, как очищенное яблоко. А этот маленький намек на детский жирок под ее подбородком и в области талии был просто восхитителен. Округлые руки и крепкие ноги. Медово-каштаново-рыжие волны волос. Заколотые на затылке, они не производили особого впечатления, но когда она распустила их по плечам! О, она была розовым персиком. И такой же приятной на вкус соблазнительницей. При всем том она, не будучи индианкой, была известной величиной, хотя это и делало ее менее экзотичной и очаровательной. Но, может быть, ему надоело подобное очарование. Может быть, ему просто нужна милая девушка, на которую не требуется производить впечатление. Может быть, просто женщина, с которой бы он знал, что к чему, и которая знала бы, что к чему, имея дело с ним.
– Вот вы где, – произнес Томас Важашк, проскользнув на место рядом с Барнсом и снимая перчатки. Он был одет по-зимнему: тяжелое пальто, вязаный шарф. – Мне было холодно, – добавил он.
– Я просто немного помолился, – отозвался Барнс.
– Вот и я пришел за тем же самым, – подхватил Томас. – И помолился. Немного поговорил с Иисусом вон там, в дальнем углу. Сидел там и ждал, когда вы встанете и выйдете на улицу, где мы смогли бы зацепиться языками. Но мне нужно сейчас уйти, поэтому я решил вас побеспокоить. Простите, что потревожил ради пустой болтовни.
– Нет, все в порядке, – сказал Барнс, польщенный тем, что в его уединение кто-то захотел вторгнуться. – В чем дело? Я уже помолился.
– Речь идет о том, чтобы провести боксерский бой, – объяснил Томас. – Нам придется собирать средства, чтобы отправить делегацию.
– Это связано с законопроектом, верно?
Томас кивнул.
– Похоже, власти не собираются раскошелиться, чтобы мы смогли поехать в Вашингтон и дать там показания против их затеи. Так что нам придется самим собирать деньги. Они назначили срок для слушаний. Мы внесены в мартовскую повестку. К тому времени мы должны быть готовы ко всему.
– Вы имеете в виду, – Барнс помолчал, подыскивая правильные слова, – что вы будете давать показания? Нечто в этом роде?
– Да, множество показаний против законопроекта. Все верно. Мы связываемся с женщиной из нашего племени, работающей в университете. Она ученая и может стать нашим секретным оружием. А нам предстоит заплатить за билеты на поезд и за жилье.
– Итак, боксерский поединок.
– С платой за вход. Думаю, если мы снова выставим Лесистую Гору против Джо Уоббла, заполнится весь зал.
– Думаю, вы правы. Но, может быть, Джо или, кто знает, Гора не заинтересованы в этом поединке. В прошлый раз бой оказался не очень честным. У меня остались вопросы.
– Вы в этом не одиноки. Вот почему повторный бой привлечет массу людей.
– Да, – согласился Барнс, – понимаю. Можно будет устроить его в общинном центре. Я попрошу мистера Джарвиса установить какой-нибудь громкоговоритель. А еще мы можем купить настоящий колокол, а не брать его на почте.
– И настоящие канаты для ринга.
– Нужно привлечь красивых девушек. Они будут выносить таблички с номерами раундов, – с надеждой предложил Барнс.
– Нет, – отрезал Томас.
– Ну, я просто подумал…
Томас кивнул. Он не хотел видеть, как Шарло ходит с номером, поднятым высоко над головой, а всякие грубияны свистят ей вслед и глядят на нее с вожделением. Нет, это будет чистый бой и большое событие.
– Если ему опять предстоит схлестнуться с Джо Уобблом, – пробормотал Барнс, – мне лучше заняться им прямо сейчас.
Это развязало ему руки, подумал он позже, выходя из церкви. Если Лесистую Гору надо тренировать ради блага жителей резервации, то ничто – ни его восхитительные, хоть и печальные чувства ко всем трем девушкам, ни даже тайное соперничество со своим звездным боксером – не перевесит простое желание привести Лесистую Гору в хорошую бойцовскую форму и победить Джо Воблешински.
Иногда случаются забавные совпадения. Так уж вышло, что на той же неделе не кто иной, как сам Джо Воблешински зашел в ресторан «Четыре пчелы», предвкушая фермерский завтрак. И там уже сидел Барнс, волосы которого, предварительно смоченные водой, были расчесаны и уложены так, что напоминали теперь один из тех золотых блинов, которые он по одному снимал вилкой с лежащей перед ним стопки. Барнс поздоровался с Джо, когда тот проходил мимо, пожал ему руку и пригласил сесть за свой стол, так как он был один. Джо не стал заказывать еду и сказал, что должен встретиться с другом, но готов посидеть с Барнсом за чашечкой кофе. Так что все обошлось без обид, сердиться было не на кого и не из-за чего. Во всяком случае, с Джо Уобблом все обстояло именно так. Он не собирался уничтожать тренера своего противника или даже самого противника за пределами ринга.
– Вы бы согласились на еще одну встречу? – спросил Барнс, описав место проведения и причину боя.
– Получу ли я проценты?
– Деньги пойдут на поездку в Вашингтон, где нужно дать показания, как я уже сказал. Так что обогатиться на этом деле не удастся. Но бой поможет укрепить вашу репутацию, если вы окончательно победите моего парня.
