– В чем дело? Что происходит? – растерялся хирург.
Учитель отвел взгляд.
– Он мне только сейчас сообщил, сагиб, – женщина ткнула пальцем в мужа, – только сейчас, когда я спросила, почему ничего не получилось. Только сейчас, в эту самую минуту, и это после всего, через что мы прошли…
Мужчина съежился от упрека.
– Простите меня, сагиб, я не думал, что так выйдет, вот и не стал вам говорить.
– О чем говорить?
– Тот ангел из загробного мира предупредил меня, что могут возникнуть проблемы. Он не мог нам гарантировать, что все сложится благополучно.
– Проблемы? Какие? Повторите в точности, о чем он вас предупредил.
– Ангел сказал нам…
– Не нам, а тебе, – отрезала жена. – Мне он ничего не сказал. Он разговаривал с тобой.
– Ангел сказал мне, что состояние, в котором нас отправят обратно, состояние между жизнью и смертью, в общем… возможно, нашим телам не так-то просто будет ожить. У нас повсюду тромбы – в каждом кровеносном сосуде, в сердце, в мозгу. Ему придется их разжижить, разбавить свежей кровью. Запустить кровоток. И оживить все органы одновременно, в один и тот же миг, или мы умрем на месте. Он полагал, что все должно получиться, хотя прежде ему такого делать не доводилось и это очень непросто. Он пытался мне объяснить, но я почти ничего не понял. И поверил ему на слово.
– А мне ты, значит, не доверяешь, – взвизгнула жена. – Раз ничего не сказал.
– Если бы я тебе сказал, ты бы отказалась и никуда не пошла.
– Да как ты смеешь! Это мое дело. Я имею полное право отказаться. Это моя жизнь. И мои дети. Ты же клялся, что все пройдет гладко.
– Неправда, никогда я такого не говорил. Я всего лишь… я не хотел, чтобы ты испугалась и отказалась.
Хирург поднял руку, призывая обоих успокоиться.
– А теперь еще раз и помедленнее. Что именно сказал ангел? Что произойдет, если на рассвете по вашим венам не потечет кровь?
– Он предупредил, что тогда мы оживем не сразу.
– А когда же?
– Не сказал.
– Ну хоть примерно? Через несколько часов? Дней?
– Не знаю, сагиб. Не знаю.
– То есть, может, и месяцев? В таком вот состоянии?
– Нет, что вы… ангел никогда бы этого не допустил.
Хирург лишь покачал головой. Проделать этакий путь, вернуться с того света и умолчать о самом важном. Что тут скажешь? Глупость, да и только.
– Но он хотя бы упомянул, каково вам будет? Всем одинаково? Или кому-то вернуться к жизни окажется сложнее, чем остальным?
Мальчик сполз с матраса, прижался спиной к материной койке.
Учитель зажмурился.
– Ангел предупредил, что кто-то может ожить раньше, кто-то позже, и он не знает, кто из нас когда воскреснет. Я подумал, речь о считаных минутах, и не придал этому значения, не догадался его расспросить.
Раздался пронзительный визг, и хирург вздрогнул: женщина резко опустилась на койку, ржавые ножки скрипнули по плитке. Но в женщине никакой перемены не произошло – она лишь схватилась за щеки и ошеломленно уставилась в пустоту.
Дыхание хирурга участилось; горячий воздух щекотал ноздри.
– Вы мне всю ночь талдычили о рассвете. Ни о чем другом. А об этом и словом не обмолвились.
– Простите, доктор-сагиб, мне… очень стыдно.
– То есть вы решили, что я не заслуживаю знать всю правду?
– Я не хотел усложнять, сагиб: надеялся, что все пойдет по плану.
– И вы решили сообщить мне ровно столько, сколько было нужно, чтобы я начал работу и выполнил, что от меня требовалось.
– Нет, сагиб, пожалуйста, не говорите так. Я доверился ангелу. Что мне еще оставалось?
Тут женщина рывком встала с койки, разгладила медицинский халат, топорщившийся вокруг ее шеи.
– Я ухожу, – с каменным лицом сообщила она.
У ее мужа от испуга перехватило дыхание:
– Куда?
– Обратно. – Она схватила лежавшего в колыбели ребенка. Голова его бессильно запрокинулась, ткнулась в ладонь матери. Другую руку женщина протянула сыну:
– Идем.
Мальчик прижался к кровати.
– Идем, – повторила она, но мальчик застыл на месте и лишь таращился на мать.
Женщина сделала два шага к сыну. Новорожденная девочка бессильно повисла на ее руке. Из-за спины хирурга вышла аптекарь и протянула руки, точно готовясь подхватить младенца, если тот вдруг упадет.
Несмотря на все запреты, женщина наклонила голову, нагнулась и попыталась схватить сына. Мальчик стиснул кулаки, спрятал их за спину. Мать несколько раз попробовала взять его за руку, а потом, отчаявшись, подхватила под мышку и потянула мальчика вверх, вынуждая подняться.
– Куда вы собрались? – удивился хирург.
– Прочь из деревни.
Учитель словно обезумел.
– Нет. Не надо. Не делай этого.
– Это еще почему? Все лучше, чем так: сидеть и ждать незнамо чего.
– Но тогда зачем мы вообще пришли сюда?
