– Наверное, я могла бы все это прекратить, – оборачивается к нему Селия. Он смотрит на нее, прислонившись к своду одной из арок.
– Нисколько не сомневаюсь. Даже при малейшем сопротивлении у меня вряд ли получилось бы так хорошо. А захоти вы действительно мне помешать, все исчезло бы в тот же миг. Впрочем, то, что мы сейчас рядом, облегчает мою задачу.
– Но вы не можете делать то же самое с цирком, – говорит Селия.
Марко пожимает плечами.
– Увы, расстояние слишком велико, – признает он. – Это одно из моих основных умений, но у меня практически нет шансов его использовать. И еще я не большой мастер создавать подобные иллюзии сразу для нескольких человек.
– Это потрясающе, – говорит Селия, разглядывая золотых рыбок, плавающих у ее ног. – Мне нипочем не создать настолько изощренную иллюзию, а ведь это меня называют иллюзионисткой. Вы больше меня заслуживаете носить этот титул.
– Полагаю, «Головокружительная красавица, умеющая изменять мир силой мысли» звучит несколько громоздко.
– Не думаю, что это уместилось бы на моей вывеске.
Лабиринт оглашается его заразительным смехом, и Селия, отвернувшись к журчащему фонтану, прячет улыбку.
– От моего главного умения тоже не много пользы, – говорит она. – Я могу мастерски изменять ткани, но, учитывая талант мадам Падва, в этом нет никакой необходимости.
Она поворачивается, демонстрируя платье со всех сторон. На серебряной ткани играют блики.
– Она настоящая ведьма, – заявляет Марко. – И я считаю это комплиментом.
– Полагаю, она бы с вами согласилась, – улыбается Селия. – А вы сейчас видите то же самое, что и я?
– Более или менее, – отвечает Марко. – Чем ближе я к зрителю, тем больше нюансов вижу сам.
Обогнув пруд, Селия подходит ближе к тому месту, где стоит ее собеседник. Она изучает резьбу на камне и ветви оплетающей его лозы, но то и дело посматривает на Марко. И всякая ее попытка незаметно взглянуть на него оборачивается неудачей: их глаза все равно встречаются друг с другом. С каждым разом им требуется все больше сил, чтобы отвести взгляд.
– Кстати, о факеле. Использовать его в качестве связующего звена было блестящей идеей, – говорит Селия, увлеченно разглядывая мерцающий фонарик на стене.
– Я знал, что вы об этом догадаетесь, – откликается Марко. – Мне нужна была хоть какая-то ниточка, коль скоро я не волен путешествовать вместе с цирком. Свет показался мне наилучшей возможностью для установления хоть какого-то контакта. Кроме того, мне не хотелось, чтобы вы обрели слишком большую власть над цирком.
– Это не прошло бесследно, – замечает Селия.
– Что вы имеете в виду?
– Ну, скажем так, близнецы Мюррей поражают не только цветом волос.
– Однако вы не собираетесь говорить мне, чем именно еще, не так ли? – уточняет Марко.
– У леди должны быть тайны, – усмехается Селия. Она наклоняет одну из цветущих розовых ветвей и, закрыв глаза, вдыхает свежий аромат. Мягкий бархат лепестков щекочет ей кожу. Достоверность ощущений, которые дарит ей сад, существующий только в ее воображении, сводит с ума.
– Кому пришла в голову мысль расположить сад на уровень ниже? – спрашивает она.
– Чандрешу. Его вдохновила одна из комнат. Если хотите, можем туда заглянуть.
Селия кивает, и они пускаются в обратный путь по цветущему лабиринту. Она идет рядом с ним, так что он может дотронуться до нее, если захочет, но его руки привычно сцеплены в замок за спиной. Когда они поднимаются по ступеням, Селия в последний раз обводит взглядом сад. Там, где только что цвели розы и мерцали фонари, нет ничего, кроме вывороченной земли и камней.
В доме Марко ведет Селию через бальный зал. Возле дальней стены он останавливается и сдвигает в сторону одну из панелей темного дерева, открывая проход к уходящей вниз винтовой лестнице.
– Это темница? – спрашивает Селия, спускаясь вслед за ним.
– Не совсем, – отвечает Марко. Оказавшись перед позолоченной дверью в самом низу, он придерживает ее, пропуская Селию вперед. – Советую смотреть под ноги.
Они попадают в небольшое круглое помещение. В центре высокого потолка висит хрустальная люстра. Стены и потолок окрашены в ярко-синий цвет и усыпаны звездами.
По периметру комнаты проходит небольшой выступ, по которому можно пройти. Сам пол расположен ниже и почти полностью скрывается под радужной россыпью больших шелковых подушек.
– Чандреш утверждает, что внутреннее убранство повторяет обстановку в покоях одной бомбейской куртизанки, – говорит Марко. – А мне кажется, что это отличное место для чтения.
Селия смеется, и прядь волос выбивается из прически, падая ей на лицо.
Марко инстинктивно протягивает было руку, чтобы убрать ее, но не успевает коснуться пальцами щеки, как Селия спрыгивает с уступа и серебряной птицей падает в море разноцветных подушек.
Он провожает ее взглядом и сам тут же следует ее примеру, ныряя неподалеку.
Они лежат бок о бок, рассматривая потолок. Свет, преломляясь в хрустальных гранях люстры, разбрызгивает по его поверхности светящиеся искры, безо всякого волшебства превращая потолок в звездное небо.
– Вам часто удается бывать в цирке? – спрашивает Селия.
