— Не говори так, — ответил он, крепко ее сжав, — не хочу думать о ком-то еще, пока я с тобой. Держи меня, Нин. Позволь мне на миг представить, что я не сын своей матери. Позволь мне представить, что в этом мире есть только ты и я, и никто и ничто не сможет разлучить нас.
Она зажмурилась от боли. Как она жалела, что это неправда.
Он отодвинулся и взглянул на нее, нежно обняв ладонями ее лицо.
— Ты — единственное тепло моего сердца. Единственный солнечный свет в моей зиме, который был у меня когда-либо.
Ах, как она любила его за это. Когда он, ожесточенный, храбрый принц-воин превращался в барда, живущего в ее сердце. Только она знала эту его часть. Только она знала о его таланте поэта.
Для всего остального мира он должен быть сильным и жестоким. Воином несомненной доблести и мастерства.
Но именно сердце поэта она любила больше всего.
— И ты — мой огонь. — прошептала она. — И если ты сейчас не уйдешь и не встретишься со своим дядей, он погасит тебя.
Он выругался, отстранившись от нее.
Она смотрела, как он одевается, потом помогла облачиться в доспехи. Он был принцем не только по титулу, но и по манере держаться и по внешнему виду. Благороднее его не было человека.
Когда она оделась, он обнял ее и одарил последним горячим поцелуем.
— Встретимся сегодня ночью?
Она отвела глаза.
— Если ты хочешь этого, Спирр. Я сделаю все, что ты попросишь, но я не уверена, что встречаться в твою брачную ночь будет справедливо по отношению к твоей молодой жене.
Он вздрогнул, как будто она дала ему пощечину.
— Ты права, Нин. Но более всего это будет несправедливо по отношению к тебе.
Саншайн застонала, когда почувствовала себя покинутой Ниньей, которая подошла к Спирру. Они все еще были одним целым, и сейчас она чувствовала его. Его эмоции.
Именно благодаря его глазам она видела их.
У Спирра разбилось сердце, когда Нинья сделала шаг назад и покинула его объятия. Боль была настолько сильной, что он готов был согнуться под ее тяжестью.Он протянул руку к ней, прекрасно понимая, что она ушла.
Потеряна.
Потеряна для него навсегда.
Также как и его мать.
Также как и его отец и сестры.
Боги, как несправедливо это было.
Но жизнь никогда не была справедлива. Особенно к человеку, у которого были долги и обязательства. К человеку, который мечом заставил уважать себя и сестру. Его жизнь никогда ему не принадлежала.
Отвернувшись от нее, он вскочил на коня и поехал навстречу своим дяде и тете, чтобы совершить брак между их и галльско-кельтским племенем, граничившим с ними на севере.
Этот брак должен, наконец, заставить замолчать болтунов и тех, кто пророчил конец света, желая, чтобы наследником был назван кто-то другой.
Во сне Саншайн почувствовала, как ее видение переменилось. Она увидела Тэлона позже, в тот день, когда он стоял между красавицей возрастом чуть больше тридцати и мужчиной немного постарше. У женщины были такие же светлые волосы, как у Тэлона, и синие глаза, а мужчина был черноволос и черноглаз.
Они стояли в центре старинного зала, отделанного деревом. Зал был заполнен людьми, незнакомыми для трех из присутствующих там. Они были одеты в красивые пледы и носили золотые украшения. Дядя Спирра был облачен в черные кожаные, а тетка в золотые одежды с длинными юбками-пледами.
На собравшихся там людей Тэлон смотрел смело и гордо. Угрожающе и царственно.
Голоса галлов эхом отражались вокруг. Они рассказывали друг другу истории про его мастерство в сражениях, о том, что он был любимым воином Морриган[30]. Рассказывали, что сама богиня шла с ним рядом в битве и вызывала на бой любого, кто наносил урон его красоте или затуплял его меч.
Но никто из них не знал, что Спирр был готов бежать, пока ждал встречи со своей невестой.
— Клянусь, парень, ты пуглив, как жеребенок, — со смехом прошептала его тетя.
— Ты вела себя также, Ора, — поддразнил ее дядя. — Я помню, как твой отец грозился связать тебя, если ты не прекратишь ерзать, пока наши родные связывали нас браком.
— Да, но я была намного моложе, чем он.
Тетка положила свою мягкую руку на его плечо.
Спирр глубоко вздохнул, когда молодая девушка вышла вперед, чтобы встать перед ним.
— Моя дочь Дейдре, — сказал король Лльюд.
Она была красива. Это было первой мыслью Спирра. С волосами, такими золотыми, каких он никогда не видел, и голубыми глазами, нежными и добрыми.
Но она не могла сравниться с его Ниньей. Никакая женщина не могла даже близко сравниться с ней.
Спирр инстинктивно шагнул назад. Его дядя подтолкнул его вперед. Дейдре улыбнулась маняще. Ее взгляд был теплым и благосклонным.
Он снова отступил назад.
На сей раз тетя подтолкнула его к невесте.
— Что ты должен сказать ей, парень?
— Я…, — Спирр знал слова, которые свяжут их.
Он репетировал их постоянно. Но сейчас они застряли в его горле. Он не мог дышать.
Он снова шагнул назад, и снова дядя и тетя подтолкнули его, к ней и судьбе, которая внезапно показалась ему мрачной. Холодной.
— Спирр, — сказал дядя с предупреждением в голосе. — скажи эти слова.
Сделай это, или ты потеряешь все,
Сделаю это, и я потеряю Единственную.
