Ночные удовольствия полностью

Воспитанный в условиях необычайного богатства, Кириан Трасейский владел обаянием и харизмой так же уверенно, как и мечом. Бесстрашный и отважный, он правил миром, окружающим его, и не знал ничего, кроме самой страстной стороны своей натуры.

Горячий, дикий и неутомимый, он беспечно прожигал жизнь. Он не знал страха и ограничений. Мир был чашей, которую он поклялся выпить до дна.

Обладая силой Ареса, лицом и телом Адониса и чувственными дарами Афродиты, он привлекал внимание любой женщины, видевшей его. Они хотели обладать им, мечтали заполучить гордого воинственного принца, прикосновение которого, по слухам, вызывало ощущения, близкие к тем, что женщина получала, стоя у самых ворот рая.

Однако он был мужчиной, сердце которого нелегко приручить.

Мужчиной, который жил мгновением, жил для своего удовольствия, для страстного исполнения всех своих желаний. Он любил получать и дарить наслаждение.

Те несколько избранных, которым удалось провести с ним ночь полную экстаза, смотрели свысока на тех, кто мог лишь мечтать о прикосновении к его совершенному телу.

Ибо он был страстью. Желанием. Всем, что чувственно и горячо.

Как прирожденного воина его уважали и боялись все, кто слышал о нем. Во времена, когда Римская Империя была непобедима, он с геройским ликованием в одиночку отразил атаку римлян, завоевав богатство и славу своему имени и родине.

Некоторое время о нем говорили, как о человеке, который будет править миром.

До тех пор пока жестокое предательство не сделало его Правителем Ночи.

Теперь он блуждает среди теней, между Жизнью и Подземным миром. Не человек и не зверь, он нечто совершенно иное.

Он — Одиночество. Он — Тьма.

Он — тень в ночи.

Одинокий дух, не знающий покоя, чья судьба — спасать тех самых смертных, которые отвергают и боятся его. Он не сможет познать отдыха и мира до тех пор пока не найдет женщину, которая не предаст его. Чистое сердце, которое сможет преодолеть его темную сторону и вернуть его к свету. 

— А я говорю, надо посадить его на муравейник и забросать маринованными огурцами.

Аманда Дэвро рассмеялась над предложением Селены. Старшая сестра всегда могла ее рассмешить, какая бы трагедия не случилась. Именно поэтому холодным воскресным днем она сидела на Джексон Сквер за столом Селены, предназначенном для гадания по руке и картам Таро, вместо того, чтобы лежать в постели с одеялом, натянутым на голову.

Все еще улыбаясь от мысли о миллионах муравьев, вгрызающихся в мягкое, рыхлое, словно тесто, тело Клиффа, Аманда окинула взглядом туристов, даже в этот серый ноябрьский день бродящих толпами по достопримечательностям Нового Орлеана.

Запах горячего кофе с цикорием и пончиков доносился из «Кафе дю Монд» напротив, пока машины с жужжанием проезжали в нескольких метрах от нее. Мрачно-серые облака и небо соответствовали тягостному настроению Аманды.

Большинство лоточников с Джексон Сквер не видели нужды ставить киоски в зимний период, но ее сестра Селена считала свой стол медиума таким же сокровищем Нового Орлеана, как и Собор Святого Луи позади.

И это было еще то сокровище…

Дешевый карточный столик был скрыт под плотной пурпурной тканью, которую их мать сшила с использованием «особых» заклинаний, известных только их семье.

Мадам Селена, Госпожа Луны, как Селена была известна, сидела за ним, одетая в струящуюся зеленую замшевую юбку, пурпурный вязаный свитер и длинный черный с серебром плащ.

Странный наряд ее сестры довольно сильно контрастировал с вылинявшими джинсами Аманды, ее розовым свитером крупной вязки и бежевой лыжной курткой. С другой стороны, Аманда всегда предпочитала одеваться неброско. В отличие от своей чересчур яркой семьи, она ненавидела выделяться. Ей больше нравилось смешиваться с окружением.

— Я покончила с мужчинами, — сказала Аманда. — Клифф был последней остановкой автобуса, идущего в никуда. Я устала тратить на них свое время и энергию. С этого момента все свое внимание я буду отдавать бухгалтерскому делу.

Селена скривилась от отвращения, тасуя свои карты Таро.

— Бухгалтерия? Ты уверена, что ты не подкидыш?

Аманда выдавила невеселый смешок.

— Вообще то я уверена, что я подкидыш. Только хотелось бы, чтобы моя настоящая семья нашла меня до того, как станет слишком поздно и часть вашей странности передастся мне.

Селена рассмеялась, раскладывая пасьянс из карт Таро.

— Знаешь в чем твоя проблема?

— Я слишком строга и «правильна», — сказала Аманда, используя слова, которыми ее мать и восемь старших сестер чаще всего называли ее.

— Ну, и это тоже. Но я думаю, что тебе стоит расширить свои вкусы. Перестань западать на этих скучных придурков в галстуках, плачущихся своим мамочкам на то, что у них нет никакой жизни. Тебе, моя сестренка, нужна сексуальная встряска с мужчиной, который заставит твое сердце биться быстрее. Я имею ввиду с по-настоящему диким и безудержным.

— С кем-то вроде Билла? — спросила Аманда с улыбкой, думая о муже Селены, который был даже более «правильным», чем Аманда.