Он ерзает и никак не может устроиться поудобнее — в тяжелом влажном воздухе кожа быстро покрывается липкой пленкой пота. Бросает в воду камешек, дожидается приглушенного всплеска — бульк! — поднимает другой. Прежде чем упасть, камень исчезает в высоком тумане.
Бульк!
Жаль, что из-за туманов не видно звезд. Он знает только одно созвездие, Орион, о котором прочел в книжке, когда учился в шестом классе. Перед тем как вести детей в городскую обсерваторию, учительница, сестра Мария Виргиния, назначила каждому по созвездию, и ученики выходили по одному и читали по бумажке подготовленное дома сообщение. Батнер до сих пор помнит, как все слушали его, глядя в небо, попивая горячий шоколад с мармеладками и кутаясь в накинутые на плечи одеяла. Трава была сырая. Ночной воздух дышал прохладой. Он указывал на красное плечо Бетельгейзе, три звезды, образующие пояс, и свисающий с него громадный меч. Орион, безжалостный охотник. С дубинкой в вытянутой, готовой нанести удар руке.
Батнер отводит руку с зажатым в ней камнем и слышит хруст за спиной. Кто-то идет к нему, отбрасывая ногой камешки.
Два месяца Батнер убегает от полиции и самого себя. Все началось с Кристины. Он хотел всего лишь напугать ее, заставить обратить на него внимание, пробудить в ней хоть какие-то чувства. Память снова и снова возвращает его к тому вечеру: страх сменился злостью, когда он дотронулся до нее, полыхнули мстительной яростью ее глаза, с темного неба смотрел усмехающийся Орион. Что-то произошло в ту ночь. Что-то изменилось. Что-то овладело им.
По крайней мере так он говорит самому себе.
Говорит, потому что альтернатива еще страшнее и она в том, что ЭТО было в нем всегда. В отличие от Ориона у него никогда не было желания убивать.
Тяжелые шаги вдруг замирают, и низкий, хриплый голос, в котором слышен креольский акцент, шепчет:
— Мне кое-что нужно.
Батнер, не отвечая, молча бросает камешек. Бульк!
— Я сказал, мне кое-что нужно. От боли.
— У меня нет ничего, кроме боли.
Незнакомец подходит ближе.
— Дай мне свой бумажник, приятель.
— У меня его нет.
У незнакомца тягучий, гипнотизирующий голос:
— Или ты отдашь мне кошелек, или я возьму его сам.
Только теперь Батнер поворачивает голову. В нескольких футах от него в темноте проступает плотная фигура.
— Ты ничего мне не сделаешь. Мне никто ничего не может сделать.
Щелчок, и из темноты вылетает лезвие. Незнакомец хватает Батнера за руку и рывком поднимает на ноги. Острие лезвия направлено в горло.
