– Он тебе угрожал?
– Иногда он ломится в дверь. И может проспать до утра у меня в коридоре.
– А еще он как-то за локоть ее схватил, – вмешалась Катя, хлопнув рукой по столу, – помнишь? У тебя синяк еще несколько недель не проходил.
Оля лишь кротко кивнула.
– Почему ты не обратилась в полицию?
– Я пробовала, но там решили, что доказательств недостаточно.
– И что ты хочешь от нас?
– Поговорите с ним, – попросила девушка и с надеждой посмотрела на Костю. – Вас он послушает. Должен послушать. Если вы откажетесь, я не знаю… не представляю…
– Интересная просьба, – пробурчал Артур.
– У меня есть деньги, я заплачу вам тысячу или две, это не проблема!
– Нам не нужны твои деньги.
– Тогда что нужно? – Девушка облокотилась о стол и взглянула сначала на Артура, а потом и на Костю огромными глазами, полными страха и отчаяния. – Вы мне только скажите, я найду.
Происходящее казалось самым настоящим розыгрышем. Арт всматривался в бледное лицо незнакомки и гадал, шутит она или говорит серьезно. Он искал подвоха, но подвоха не было, по крайней мере, намеренно девица их не обманывала. Даня предпочел вообще не вмешиваться и нервно постукивал пальцами по коленям, надеясь, что Артур и Костя примут правильное решение. То есть решение «жить мирно и спокойно».
Однако Костя был довольно странным и сложным человеком. Он плохо сходился с людьми и не выносил несправедливости. Годы жизни с отцом научили его лишь тому, что беспомощность – одно из самых страшных чувств.
Быть загнанным в угол и сломленным – больно. Больнее, чем быть избитым.
– Что я могу сделать? – теряя надежду, спросила Оля, и Ромал посмотрел на нее. – Я все сделаю, только скажите, пожалуйста. Мне правда нужна ваша помощь.
– Что ж, – Костя принял решение. Возможно, скоропалительное. Возможно, чересчур самонадеянное. Но определенно продиктованное совестью. – Скажи, кто он и где его можно найти.
Даниил едва не подавился собственной слюной и широко раскрыл голубые глаза. Как же он надеялся, что Костя ответит иначе! Но нет. Его новый друг любил рисковать и набираться опыта. Пусть даже горького опыта. Селиверстов, улыбаясь, покачал головой.
Дело принимало интересный оборот.
– Насколько серьезно нам надо с ним разговаривать? – спросил Арт, шутливо вскинув брови. – Твой бывший должен извиниться или нужно, чтобы он несколько недель страдал от неправильного прикуса?
– Я просто хочу, чтобы он оставил меня в покое.
– И как его можно найти?
– Его зовут Кирилл, и… и сегодня вечером он собирается на вечеринку в двенадцатом общежитии. Вы живете рядом?
– В нескольких кварталах.
– В нескольких десятках кварталов, – поправил Костю Артур и вновь очаровательно улыбнулся. – Ты не могла бы скинуть мне его фотографию? Иначе придется разговаривать со всеми Кириллами, которые придут развлекаться.
– Да, разумеется. Скажешь свое имя?
– Артур Сел…
Парень внезапно запнулся и сдулся, как воздушный шар. Он не мог назвать девушке свою фамилию, адрес своей страницы. Он учился инкогнито, а значит, любые знакомства с Артуром Селиверстовым были невозможны. Разве что с Артуром Поповым, но только страницу себе новую Арт не создал, а потому он расстроился и хмуро посмотрел на ребят.
– Может, кто-то из вас займется этим?
Даниил с готовностью кивнул:
– Конечно. Ольга, вы можете прислать фотографию и данные мне.
Когда Катя наконец-то выпустила руку Константина и девушки ушли, Даня отставил подальше стакан с кефиром и серьезно проговорил:
– Это плохая идея.
– Почему же? – задумчиво поинтересовался Ромал. – Девушке нужна помощь.
– Сама по себе просьба избить человека – иррациональна.
– Она не просила его бить.
– Она это подразумевала.
– И что ты предлагаешь? Пусть и дальше этот кретин над ней издевается?
– Я предлагаю еще раз обратиться в полицию.
– Да менты, как всегда, в своем репертуаре, – протянул Артур, – мы сказали им, что на девушку напали, что мне руку порезали, и мы даже лица этих ублюдков видели! А они все равно дело не завели. Не хотят заморачиваться.
– В газетах пишут, что люди пропадают. Им давно пора заморочиться.
– Заморочиться? – не понял Даня.
– Обратить внимание, – пояснил Костя.
– Я не слышал о том, что люди пропадают.
– Уже семеро. И это за несколько месяцев. Говорят, орудует какая-то группировка.
– Что за группировка?
– Если бы знали, давно бы привели Питер в порядок. – Артур оперся о стол и серьезно посмотрел на Ромала: почему-то ему показалось, что его сосед собирался в одиночку разговаривать с бывшим Олиным воздыхателем. – Я как раз подумывал вечером развлечься. Почему бы не в двенадцатой общаге?
– Мне не нужна помощь.
– А мне нужна компания.
– Я похож на того, кто хочет составить тебе компанию?
– Выбирать не приходится.
Ромал недовольно сдвинул брови и отрезал:
– Ты опять начинаешь действовать мне на нервы.
– Парень, остынь, мы же нашли общий язык десять минут назад, верно? Какой толк от наших стычек? Давай лучше вспомним, что я спас тебе жизнь.
– Ты будешь часто об этом говорить.
– Это вопрос или утверждение?
