Поскольку сезон охоты еще не наступил, в это время все гости базы, предпочитающие активный отдых, или уже уехали на рыбалку, или еще с нее не вернулись. Остальные предпочитали сон. Здесь он считался лечебным. Поэтому меня удивил и даже напряг странный звук, похожий на всхлипывания. Я остановилась, прислушалась. Точно! Сдавленные женские рыдания доносились с верхнего балкона, примыкавшего к номеру «Тигровая Лилия», тому самому, который я освободила для Матвея Червонного и его пассии. Мне никого не было видно отсюда, снизу, но тот, а точнее та, что тихонько скулила там наверху точно нуждалась в помощи.
– Эй! – я сошла с дорожки, тихо приблизилась и встала прямо под балконом, находящимся на втором этаже. На первом, с этой стороны гостевого дома, балконов не было.
Всхлипывания прекратились, и над перилами возникла женская голова с зареванным, опухшим лицом, в котором можно было узнать девчонку, приехавшую с Матвеем.
– Что случилось? – я смотрела на размазанную по лицу тушь и губную помаду и надеялась в душе, что ответом ее будет: «внезапно заклинил замок на балконной двери, а Матвей спит пьяным беспробудным сном и не слышит меня», но умом понимала, что это совсем не так.
Девчонка дрожала – на улице было не больше пятнадцати градусов, а я увидела, что плечи ее оголены.
– Тебе нужна помощь?
Она замотала головой в знак согласия, и по-детски утерла нос. Но придумать, как ей помочь не дал звук открываемой двери. Я юркнула под балкон и прижалась к бревенчатой стене.
– Ты все осознала? – голос Червонного прозвучал в утренней тишине зловеще-равнодушно.
– Я…я, – ее зубы от холода выбивали дробь, а губы онемели. Она ничего не могла внятно ответить, только всхлипывала.
– Может, еще посидишь, подумаешь?
– Н-нет, пожалуйста! – взмолилась она. А у меня сжались кулаки. «Сволочь, садист», – думала я, слыша, как девчонка унижается перед ним, просит впустить в теплую комнату и обещает сделать все так, как он просит. Это было ужасно. Почему при первой нашей встрече я не поняла его садистских наклонностей? Возможно, у меня было слишком мало времени. И мне вдруг вспомнилось, как Матвей предлагал примерить кандалы, на экскурсии в тюремной крепости и подумала, что Антон, мой бывший муж никогда бы до такого не додумался. Тогда это предложение моего любовника выглядело просто шуткой, но теперь все открылось с совершенно другой, негативной стороны. Я представила, о чем этот человек думал, когда уговаривал провести ночь в старинных казематах, в какие игры предложил бы играть, и чем все это могло для меня закончиться и…. вздрогнула.
Гости, что вчера так вовремя спасли меня от возможности лицезреть любовное представление, устроенное, без сомнения на показ Матвеем Червонным, оказались его хорошими знакомыми. Выяснилось это случайно.
После утренней пробежки, возмущенная и расстроенная я вернулась в свою комнату. Как же мне хотелось сбежать отсюда, и больше никогда не видеть этого человека. Но я была заложницей обстоятельств. Если бы только знать заранее, кто станет владельцем базы! Никогда, ни за какие коврижки я бы не подписала контракт. Лучше жить в общежитии на территории колонии, и работать как все. Сейчас я с удовольствием бы вернулась в свинарник, где трудилась первые недели пребывания в поселении, или научилась доить коров, только подальше отсюда, под покровительство подполковника Шустова. Но, увы! Контракт был подписан, и пролонгирован при смене владельца.
«Черта с два! – со злостью подумала я. – Не буду здесь работать. Не имеют права меня насильно держать. Напишу заявление и вернусь в колонию. Еще год, Петрович подготовит бумаги на УДО и я забуду весь этот кошмар».
Эти мысли подняли мне настроение. Я еще попинала как следует грушу, выплеснув на ни в чем неповинный куль с песком все свои отрицательные эмоции, приняла душ и с решительным видом отправилась к Боре писать заявление по собственному желанию.
– Белла Аркадьевна, вы уверены!? – глаза управляющего округлились, когда он прочел бумагу.
– Абсолютно.
– Но вы понимаете….
– Я все прекрасно понимаю, Борис Олегович, – бестактно перебила я его.
– Вам ведь придется вернуться в колонию, – он внимательно посмотрел мне в лицо.
– Да. Я знаю, – тон мой был спокоен. Интересно, а какую реакцию он хотел увидеть? Управляющий пожевал губами и предположил:
– Это из-за вчерашнего?
– В том числе.
– Белла, но у нас с вами такая работа! Выполнять все желания клиентов. Тем более, он ведь хозяин, – последние слова Боря чуть ли не прошептал.
– В первую очередь, он должен быть человеком и подавать своим сотрудникам пример, а не заставлять их смотреть на свои развлечения, – я говорила зло, чеканя каждое слово и до Бори дошел смысл сказанного. Он опустил взгляд, лицо его стало пунцовым. Управляющий понял, что уговаривать меня бесполезно.
– Вам придется отработать две недели, пока я не подберу на ваше место замену, – он что-то черкнул на заявлении, так и не подняв на меня взгляда.
– Хорошо. В моем экземпляре тоже распишитесь, – я протянула ему еще один документ.
