Масло шкворчало, сковорода нещадно дымила, кот мяукал, выклянчивая свою долю, Ольга громыхала дверцами шкафов в поисках муки.
Шел мучительный творческий процесс! И в самом разгаре кулинарного бедлама снова зазвонил телефон. Вытирая выпачканные мукой руки о фартук, Ольга поспешно схватила трубку:
— Алло?
— Здравствуйте, Ольга Николаевна. — Голос был незнакомым, мужчина говорил очень правильно, старательно проговаривая каждую букву, но с акцентом.
— Здравствуйте, — настороженно ответила Ольга.
— Говорит Массимо Фандотти, торговый дом «Космита». Не столь давно мы обращались к вам по поводу пропажи сотрудника, вы тогда нам очень помогли.
В самом деле, полгода назад ей позвонил Константин Валито, представитель фирмы «Космита», с просьбой разыскать исчезнувшего в неизвестном направлении главного менеджера по продажам. Ольге тогда пришлось немало повозиться, прежде чем выяснилось, что менеджер вместе с юной любовницей обретается в Питере под чужой фамилией, дабы избежать грандиозного скандала с женой.
— Благодарю за лестный отзыв о моей работе, синьор Фандотти. Чем обязана? Опять кто-то пропал?
— На этот раз все гораздо серьезнее. — Господин Фандотти помолчал, будто собираясь с духом, и наконец произнес: — Моя жена мертва. Милицию вызвали, но я хотел бы попросить вас подключиться к расследованию. Машина за вами уже послана. Вопрос оплаты пусть вас не беспокоит. Считайте, что я заранее согласен со всеми вашими условиями. Итак, я жду. До встречи.
Ольга не успела открыть рот, как трубка разразилась серией коротких гудков. Она взглянула на часы — двадцать минут одиннадцатого, и Олежка сейчас приедет. Что за черт! Если валится, то все и сразу. Почему так?
В дверь позвонили, Ольга бросилась открывать. Олег держал в руках охапку белых хризантем и бутылку настоящего французского «Шардоне».
— Ух, и гололед! Не дорога — каток. Привет, Мегрэсса, — возбужденно произнес он, переступив порог. — Дай поцелую.
Ольга послушно подставила губы, Олег неторопливо, со вкусом поцеловал ее, оторвавшись с видимой неохотой, подозрительно принюхался:
— Слушай, по-моему, мы горим.
— Господи, у меня ж отбивные на сковороде! — спохватилась Ольга и помчалась на кухню. — Раздевайся, будешь ужинать.
— Ты думаешь, еще не все догорело? — весело отозвался Олег, протискиваясь в кухню.
— Дорогой, мне придется сейчас уехать.
— То есть как?
— Позвонил серьезный клиент. Отказать нельзя.
— А ты не отказывай. Просто отложи до завтра. Всего и делов-то.
— Всего и делов-то! — передразнила Ольга. — У мужика перед носом свеженький труп жены, а я ему: «Положите ее в холодильник, чтобы до завтра не испортилась». Так, что ли?
— Фф-у, ну и юмор у вас, дамочка, — брезгливо поморщился Олег.
— Садись, ешь. Я пойду собираться.
— Нет уж, спасибо, у меня почему-то пропал аппетит. Отдам свою долю Веньке, не то он меня забодает.
— Веня предпочитает сырое мясо, так что, кисейная барышня, отбивные на вашей совести.
Олег обиделся и замолчал, наглаживая Вениамина, урчащего, как заправский трактор.
Ольга собрала волосы в узел, подкрасила губы, натянула джинсы и присела к погрустневшему Олежке.
— Ну, ну, уже и надулся. Так уж вышло. Глупо, конечно.
— Глупо! Мягко сказано, вышло по-идиотски. И я, идиот, опять все это проглатываю. Настоящий мужик трахнул бы кулаком по столу и посадил бы тебя на цепь. А я… Эх!
— Если бы ты трахнул кулаком по столу, то назывался бы не мужиком, а самодуром. А с самодурами, пусть даже самыми умными, я дела не имею. Слава богу, что ты просто Олежек, мой Олежек, е-дин-ствен-ный и неповторимый.
— Веревки ты из меня вьешь. Правильно мама говорит: «Ты, Олег, — подкаблучник».
— Подкаблучник и есть. Мой любимый подкаблучник.
— Ох, лиса ты, Олька! Старая лиса. — Олежка уткнулся носом в ее теплую шею.
— Положим, не такая уж и старая. Всего-то на четыре года старше тебя, — обиженно заметила Ольга, отстраняясь.
Олег не успел ничего возразить, потому что зазвонил телефон. Ольга поспешно схватила трубку.
— Слушаю. Да. Готова. Вы внизу? Спускаюсь, — отрывисто выпалила она и помчалась в прихожую.
Тяжело вздохнув, Олег отправился за ней.
— Поужинаешь и ложись. Меня дожидаться не стоит. Понял? Чао, бамбино! — махнула она рукой, сбегая по лестнице.
— Куда едешь-то?! Вдруг придется искать?! — крикнул Олег вслед убегавшей подруге. Ответа не последовало. — Не женщина — Мата Хари. Связался на свою голову, — проворчал он, закрывая дверь. — Бросили нас с тобой, Веня, на самый что ни на есть произвол судьбы, — обратился Олег к коту. — Что ж, давай ужинать, старик.
Шел третий час ночи. В особняке Фандотти царила тишина, гостей пришлось оставить на ночь в доме, как очевидцев, которых необходимо опросить по горячим следам.
Наталью поместили вместе с Викой в маленькой спаленке, единственное окно которой выходило в зимний сад, под дверью дежурили двое охранников.
