Было еще рано, и у меня заурчало в животе. Мне нужны были кофе и еда, как можно скорее. Трикс разрывала мой телефон, поэтому я спрятала его в карман пальто. Иногда этой девочки было чересчур много. Она была мне самой близкой по возрасту из всех кузин, и мы были близки с младенчества. Трикс была сущим наказанием и в лучшие дни, но я все равно любила ее. Кроме того, она была в некотором роде белой вороной в нашей семье. Когда ей исполнилось восемнадцать, она сбежала из родительского дома и переехала в кампус колледжа. Теперь она была ярой защитницей прав дарклингов и активисткой, к большому смущению нашей политической семьи.
Иногда я завидовала такой свободе Трикс. Если бы был способ вытащить мою мать из-под каблука Райана Харкера, я была бы рядом с Трикс. Я ненавидела отвратительную риторику, которую он пытался распространить по городу и его доверчивым людям. Влияние, которое он имел на людей, было ужасающим. Нок-Сити был прогрессивным городом, но, похоже, мой отец был твердо настроен повернуть время вспять. Я не понимала его ненависти к дарклингам. Я имею в виду, я предполагала, что могла бы понять, если бы внезапная неприязнь возникла в тот день, когда моя мать была вынуждена признать, что у нее был бурный роман с вампиром, но это был не тот случай. Райан Харкер имел зуб на дарклингов еще до того, как я появилась на горизонте, и проложил себе путь к должности, чтобы однажды иметь достаточное влияние на широкую публику.
Факты были таковы — люди по-прежнему превосходили дарклингов численностью в десять раз, и, несмотря на наличие сверхъестественных способностей, у них все еще не было преимущества. Целые группировки фанатичных людей сформировали группы ненависти, сделав своей единственной целью в жизни использование слабостей дарклинга. Это было отвратительно, и, к несчастью для меня, я ассоциировалась с этой риторикой как дочь Райана Харкера с лицом херувима, милая молодая женщина, которая делала то, что говорил ей папа. Я не могла избежать этого.
Мы подъехали к кампусу возле атриума. Я уже заметила, как Трикс вылетела из стеклянных двойных дверей и направилась к лимузину. Иногда я задавалась вопросом, не приставила ли она ко мне маячок. Опять же, я не стала ждать, пока Грегори выпустит меня. Я была вполне способна открывать двери, и мне нужно было выбраться из-под тяжелого веса взглядов моих головорезов.
В следующую секунду Трикс обняла меня за плечи.
— Господи, женщина, какого черта ты так долго? У нас едва хватает времени, чтобы выпить латте! — Ее черные волны ниспадали на плечи. На Трикс была одна из ее самодельных футболок с трафаретной печатью
— У нас есть тридцать минут! Остынь. — Я оттолкнула ее от своего тела. — Я чертовски голодна.
Ее внимание переместилось за мое плечо, когда над ним нависла метафорическая тень. Я знала, что мои новые няни стоят у меня за спиной, по тому, как ее зеленые глаза оценивающе оглядывали их с головы до ног.
— Э-э, детка, ты ничего не хочешь мне сказать? — Уперев руки в бедра, Трикс прищурилась на меня.
— Трикс, познакомься с ворчуном и угрюмым. — Я указала на двух тупиц. — Они будут преследовать меня в обозримом будущем.
Усмешка тронула ее вишнево-красные губы, когда она покачала головой.
— Иногда я завидую тебе, кузина.
Я натянуто рассмеялась. Она понятия не имела, как сильно я ей завидовала. Она не знала всех подробностей. Она не знала, что происходило за закрытыми дверями. Она не знала, что я не была человеком и что это открытие навсегда сбило мою жизнь с курса. Я готовилась сказать ей правду, но по какой-то причине не могла заставить себя сделать это. Трикс была единственной константой в моей жизни, на которую всегда можно было положиться, и мысль о том, что она вдруг посмотрит на меня по-другому, заставила мой желудок сжаться от неуверенности.
— Ну же, давай выпьем кофе. Серьезно, мы и так едва успеем пересечь кампус. — Поворачивая нас обеих к маленькому кафе на углу, она подмигнула парням через плечо. — Надеюсь, вы готовы к спринту, ребята.
Тем не менее, они не предприняли никаких попыток ответить, просто молча последовали за нами. Я осмелилась оглянуться через плечо и увидела Фауста, обводящего взглядом окрестности, с плотно сжатыми челюстями и едва дышащего. Честно говоря, он выглядел уставшим. Как и у Меррика, у Фауста, казалось, были фиолетовые тени под глазами, что заставило меня задуматься, спали ли мужчины вообще. Должно быть, я смотрела слишком долго, потому что наши взгляды встретились и задержались на мгновение. Я была первой, кто отвел взгляд, в то время как он просто тупо смотрел в ответ. Придя в себя, я проигнорировала неприятный переворот на живот и позволила Трикс увести меня.
