— Я никогда не пользовалась ножом в качестве оружия, да и ловкостью и силой ты превосходишь меня, — спокойно ответила я. Волноваться пока не стоит. Может Дорозо и Борнус ошибаются, и Фузий вовсе не строит никаких кровожадных планов. Зачем бы ему нападать на меня, тем более что я, отложив нож, явно демонстрирую нежелание конфликтовать да и признаю вслух его первенство. Причин для конфликта нет. Мы оба разумные существа и всегда можем решить вопрос мирно.
— Ну надо же, даже попытаться спасти свою шкуру не хочешь. Я всегда считал, что вы не живые существа. Вы роботы, которые лишь претворяются живыми. Машины — набор винтиков и шурупчиков. Бездушные твари. Вещи. Так какая разница между тобой и теми сувенирами, что я захватил с вашей гребанной планеты? Никакой. Ты вещь, предмет. Робот-помощник. То, что взял я из любопытства, у меня конфисковали и уничтожили, а тебя оставили, ведь ты якобы живое существо. Подумать только, эти глупцы думают, что ты можешь чувствовать, переживать и испытывать боль. Но я докажу, что ты ничто. — Он приблизился ко мне на шаг. Я оставалась на месте, не делая резких движений. Если я закричу или побегу, это лишь подстегнёт его. Так ведут себя животные, во всяком случае, именно так описывалось их поведение в прочтённых мною книжках. Спокойно, я болья пререживу, этому я обучена. Конечно, надолго меня не хватит, но скоро должна вернуться Дорозо. Она должна помочь.
Между тем Фузий прошёлся вдоль кухонных ящичков, по очереди выдвигая то один, то другой. Он что-то искал. Бормоча сквозь зубы какие-то ругательства, он, кажется, нашёл искомое. Фузий снова двинулся в мою сторону. В руках у него был зажат пресс для мяса. Именно таким Дорозо обычно отбивала огромные куски, чтобы размягчить их пред жаркой. Зачем он ему понадобился, он что решил поджарить мясо прежде чем расправится со мной?
В дверь застучали. Послышался голос Дорозо:
— Номи! Номи, дверь что-то заклинило, никак не могу её открыть. Посиди чуток, я схожу сейчас за механиком. Потерпишь ещё немного, хорошо? — Но ответил ей Фузий:
— Дорозо, можешь не переживать, я не дам дорогой Номи скучать. Я за ней присмотрю. Сходи пока за механиком. Вот только я не уверен, что он сможет быстро открыть дверь. Я запер её изнутри, чтобы никто не помешал нашей с Номи беседе. — Он откровенно забавлялся. Правда радость это была какая-то садистская, недобрая. Между тем Дорозо явно поняла, чем для меня грозит подобная беседа. Она застучал в дверь с удвоенной силой. Потом за дверью заслышался удаляющийся топот. Побежала за помощью. Хоть бы она успела. — Ну что, — Фузий вновь повернулся ко мне, — приступим? А то сейчас все прибегут, будут шуметь под дверями, а у меня на тебя свои планы. Впрочем, это даже хорошо, что они сами все услышат. Дай сюда руку. Живо! — крикнул он, видя мою нерешительность. Прижав мою руку к столу, он снова посмотрел мне в лицо. — Знаешь, что бывает с вещами, когда они ломаются и выходят из строя? Их выбрасывают или уничтожают. Чем ты занята на корабле? Помогаешь Дорозо? А как ты интересно будешь справляться со своими обязанностями без одной руки, а? А без двух? — С этими словами он со всей силы опустил пресс на отставленный мизинец моей зажатой левой руки. Я вздрогнула. К счастью, я успела подготовиться и потому до сознания дошёл лишь слабый отклик боли. Раздался хруст ломающейся кости. Я предпочла не смотреть на свою руку и спокойно встретила взгляд мучителя.
За дверьми послышался неясный шум. Раздался приглушенный дверью голос:
— Фузий, немедленно открой дверь! — Кому принадлежал голос, я разобрать не смогла. В нём слышался как будто рык. Дверь сотряслась от мощного удара. — Ты слышишь меня? Я приказываю тебе немедленно открыть эту чёртову дверь! — Но, похоже, эта угроза не слишком впечатлила Фузия:
— А, это ты Кайвир. — Теперь понятно, кому принадлежал голос за дверью. — Хорошо, что ты тоже пришёл, послушаешь, как будут хрустеть кости этого существа, Номи кажется. И кто, интересно, додумался дать имя этой бездушной кукле? — Он снова опустил пресс мне на руку. Теперь пострадали ещё два пальца. — Эй, вы, там за дверью, слышите? Я сломал я уже три пальца, а она ни разу не пикнула. Я же говорил, она не живое существо. — Бамс! На левой руке теперь не осталось ни одного целого пальца. — Так, пальцев на руке больше не осталось. Займемся-ка теперь запястьем. — Теперь дверь просто сотрясалась от ударов, но пока держалась. А вот я чувствовала, что надолго меня не хватит. Боль ощущалась всё сильнее. Она пульсировала и ломилась захлестнуть сознание. Не выдержав, я тихонько всхлипнула, чем привела своего врага в бешенство. — Что, решила притвориться, что тебе больно? Думаешь, обманешь меня, как и других? — Он схватил меня за ворот туники и, притянув к своему лицу, прошипел: — Я не люблю, когда меня дурачат. За это я и впрямь ускорю процесс избавления корабля от ненужного мусора.
