Вот уж странные существа! Сколь непоследовательны они в своих поступках! Если на кухне он приводил в действие заранее продуманный план, то почему он раскаялся сразу после его осуществления. Логики здесь не было, но как показал мой короткий опыт общения с «чертями», не только разум управляет жизнью этих существ. Наверное, мне никогда не понять, какого это идти на поводу у собственных эмоций. Тот случай ещё на Земле, когда я заплакала, став свидетелем аварии и гибели незнакомых мне людей, нельзя было даже сравнить с тем ураганом эмоций, который обуревает этих существ. Что такое несколько слезинок против целой жизни, окрашенной переживаниями. Тот же Фузий, когда ломал мне пальцы, был гораздо более эмоционален, нежели я. Он был расстроен несправедливым понижением в должности, рассержен, обижен, разъярен и напуган. Могу ли я осуждать того, кому было так непросто. Он просто не смог справиться со своими эмоциями. Его же не учили подавлять их, как нас. После долгих лет тренировок я сама до конца так и не преуспела в этом, так чего же требовать от него. Но ни Борнус, ни Дорозо моих доводов понять не могли.
Жизнь «чертей» настолько наполнена с эмоциями, что у них есть даже такое понятие как «ирония». Они пользуются им в разговоре, чтобы говоря одно слово, передать смысл ему противоположный. Во всяком случае, именно так объяснил мне Борнус. И сделал он это своевременно, так как после того как мои волосы предстали на всеобщее обозрение, каждый из «чертей» так и ли иначе на это отреагировал. Были такие кто, используя ранее упомянутую иронию, комментировали мой внешний вид. Одним из таких вариантов был «красавица». И хотя лица и жесты говоривших, на первый взгляд, демонстрировали расположение, я отчетливо понимала, что никому из них и в голову не придёт действительно так меня назвать. Я привыкла к тому, что моя внешности противоречит принятому эталону и потому не могла никого осуждать. Мне было достаточно и того, что меня оставили в живых, а всё остальное по сравнению с этим ничто. Единственным, чьего внимания я хотела во что бы то ни стало избежать, оставался Кайвир. После того случая, я так и не смогла спокойно относиться к его присутствию. Не знаю почему, но он вызывал во мне страх гораздо более сильный нежели Фузий, к которому я не испытывала ровным счётом ничего. Теперь завидев Бородача, я старалась уйти под любым предлогом. Его всегда хмурый взгляд был невыносим. Что же за мысли были у него в голове?
И вскоре мне представился случай узнать об этом.
Дорозо старалась меня не нагружать хозяйственными делами, так как рука моя всё ещё оставалась неподвижной. Но заняться мне всё равно было нечем, поэтому я продолжала каждое утро приходить на кухню, где в компании Дорозо проводила дни. Во время обеда и ужина, она теперь отправляла меня в общую столовую. Мне было ужасно непривычно находиться в окружении такого количества чуждых существ. Однако я утешала себя тем, что это необходимый этап для нормальной адаптации в новом обществе. Почти всё время за столом я молчала, отвечая лишь на заданные напрямую мне вопросы. В основном они все касались жизни на Земли. Однако со временем вопросов стали задавать меньше — видно мои лишенные эмоций, хотя и достаточно информативные объяснения не слишком нравились собеседникам. Позднее Дорозо объяснила мне, что в разговоре цениться не только информативная составляющая, но и интонации говорящего, которые в свою очередь вытекают из эмоций рассказчика. Что ж, винить себя в отсутствии эмоций я не стану, однако напрашивается вывод, что великим оратором мне не стать.
С удивлением я поняла, что со дня моего выздоровления «черти» оказывают мне так называемые «знаки внимания». Как я поняла, это своеобразный способ расположить к себе понравившегося тебе индивида, путём оказания мелких услуг, призванных облегчить ему жизнь. Сначала я не могла понять, почему, когда я пересекаю дверной проём, меня все пропускают вперед, придерживая дверь. А в обеденной зале кто-нибудь из сидящих рядом всегда отодвигал и придвигал мне стул. Первый раз я даже не знала, как реагировать на подобные манипуляции с мебелью. Внимательно посмотрев на шустрого молодого «чёрта», проявившего галантность (это слова я узнала позднее) я прямо спросила, чем вызван его интерес к выбранному мною стулу, или быть может он сам хотел бы занять его. О том, что я спросила что-то не то, стало понятно сразу. Сидящие за столом и с любопытством косящиеся на меня инопланетяне засмеялись, а странный «чёрт» почему-то густо покраснел. Мне впервой пришлось видеть столь необычную реакцию, потому я поначалу забеспокоилась, уж не болен ли он. Ведь это могло бы объяснить и странное поведение, и покраснение кожных покровов. Но присутствующие не проявляли беспокойства, продолжая веселиться. Положение спас вовремя появившийся Борнус. Подхватив меня под руку, он быстренько провёл меня в другой угол зала, где был накрыт ещё один стол, и, усадив, принялся объяснять мне про эти самые «знаки внимания».
