Элли не знала, что Аделия не одна и, зайдя к ней в комнату, громко хлопнула дверь.
— Боже! Простите, я не знала! Я не хотела!
Джери подорвался, как ошпаренный и выскочил в коридор, завёрнутый в одеяло. Элли расхохоталась, как больная. Аделия вместе с ней.
— Чего ж ты так орёшь?! — спросила Аделия, не унимаясь.
— Перестань смеяться.
— Сама перестань! Чего ты кричишь-то? Перепугала до смерти.
— Да потому что, откуда я знала, что ты тут не одна. Это значит, вот так вот вы дружите?
— Да не было ничего — шёпотом ответила подруга — Включили кино и вырубились.
— А, ну конечно. То-то вы оба такие невыспанные.
— Да, потому что неудобно было. Ладно, кончай свои шуточки. И брысь отсюда, потом поболтаем.
— Хорошо.
Джери вошёл в комнату полностью одетый.
— Ты чего уже наделся? Выпили бы кофе или чай.
— Нет, я уже поеду.
— Не обращай на неё внимание, она же неадекватная.
— Да не из-за неё. Мои, наверное, волнуются, куда я делся. Ты, в общем, подумай и реши, если захочешь, то съездим сегодня ко мне и поговорим о свадьбе.
— Иди уже — улыбаясь, выпихивала его Аделия — Я позвоню, и мы решим.
— Хорошо — ответил Джери и поцеловал её в щёку.
Аделия зашла в комнату к Элли, которая всё еще кисла от смеха.
— Ты ненормальная, сколько можно ржать? Он сбежал, благодаря тебе.
— Адди, — заливаясь, говорила Элли — если бы ты только видела его лицо, а потом и твоё лицо, я думала, что не добегу до туалета.
— Дурная! Как у тебя-то всё прошло?
— Хорошо всё. Во всяком случае — лучше, — тут же серьёзно ответила она — он обещал измениться.
— Измениться? В который раз?
— Ну, может быть, и правда получится — настаивала Элли.
— Элл, когда ты уже станешь здраво смотреть на вещи? — вздохнув, спросила Аделия.
— Ладно, а что ты думаешь на этот счёт?
— Мужчины никогда не меняются и нельзя поменять их под себя, переделать, изменить. Можно что-то немного подредактировать: причёску, костюм, галстук, но изменить мужчину нельзя! Они могут измениться на время, потому что это нужно для какой-то ситуации. Но эти перевороты временны.
— Не знаю. Посмотрим. Время покажет.
— Мне просто жалко твоё сердце, Элл. Хотя, конечно, ты можешь делать так, как считаешь нужным.
— Не писал?
— Кто?
— Отто.
— Нет.
— Вот видишь, ты ошиблась. А говорила, что ему три дня понадобится.
— Он напишет сегодня.
— Откуда столько уверенности?
— Прекрати уже меня про него спрашивать! — возмущённо заявила Аделия.
— Ну, да ладно, я пойду в душ, а ты занимайся своими всякими делами.
— Как же не хочется завтра на лекции идти — томно подтягиваясь, сказала Аделия.
— Мне тоже, поверь.
День прошёл за монотонными делами по дому, уборкой, стиркой и готовкой еды не наделю вперед. По привычке, ровно в одиннадцать, Аделия зашла в Интернет. Отто был на линии. Она набрала «привет…», но в последний момент стёрла сообщения.
«Привет. Не поздно?» — неожиданно написал он.
Внутри всё перевернулась. Она прочла сообщение, но не ответила.
«Мы с тобой в тот раз совсем непонятно расстались. Мне кажется, что ты на меня обиделась…»
Она снова ничего не ответила, казалось, что сердце остановилось. Через десять минут, он снова написал.
«Адель, почему ты молчишь? Я знаю, что ты здесь…»
Её щёки вспыхнули. Она быстро захлопнула ноутбук и закинула его подальше под кровать, а сама завернулась под одеяло и, крепко зажмурив глаза, попыталась уснуть.
Это ей так и не удалось. Не спасало даже то, что ноутбук был задвинут далеко под кровать. В три часа ночи, всё еще не сомкнув глаз, она залезла в Интернет.
«Привет. Извини, у меня просто не было возможности ответить»
«Как у тебя дела?» — тут же спросил он.
«Нормально. А твои?»
«Теперь совсем хорошо. Почему ты не спишь?»
«Не знаю. А ты?»
«Ждал, пока ты ответишь.»
«А если бы я не ответила?»
«Я знал, что ты напишешь»
Аделия улыбнулась.
«Отти, я не обижаюсь на тебя»
«Отти?»
Он улыбнулся.
«Вырвалось, извини. Я не обижаюсь на тебя.»
«Почему ты не писала мне после того?»
«После чего?»
«После того, как я сказал тебе, что нам нельзя много общаться»
«А зачем? Если я знала, что ты сам напишешь»
«А я видел тебя в институте.» — сменив тему, произнёс он.
«Почему ты не поздоровался со мной?»
«Я открыл тебе дверь в библиотеку, когда ты бежала с книгами. Ты была чем-то расстроена, поэтому я тебя не трогал»
«О, это был ты? Тогда тем более надо было хотя бы поздороваться. Спасибо еще раз»
«Пожалуйста. Почему ты такая грустная?»
«С чего ты взял?»
«Ты забыла, что я всё знаю?»
«Помню, девять из десяти человек»
«Ты десятый» — ответит Отто.
«Не поняла»
«Ты — номер десять. Я тебя знаю, но не могу тебя понять»
Аделия улыбнулась.
«Так вернёмся к твоим расстройствам» — снова сказал он.
«Свадьбу, наверное, перенесут»
«Почему?»
«Во всяком случае, мне так думается. Родители хотят снять ресторан. Еще там что-то. Они сказали, что до июля всё не успеют»
«Интересный поворот. А чего ты расстроилась?»
«Я боюсь всех этих пышностей.»
«Ты не пышностей не хочешь, а кое-чего другого»
«Чего же?»
«Не важно. Ты поймёшь это через пару месяцев. Хотя, может быть, я и ошибаюсь. Ты, главное, не грусти. Будешь, как принцесса, замуж выходить»
«Не знаю»
«Ты боишься одиночества?» — неожиданно спросил он.
