— Я рада за тебя. В общем, Отто, я больше никогда в жизни не назову тебя Отти. И мне совершенно всё равно на то, что ты там себе думаешь и делаешь. Знаешь, мне было плохо, конечно, от всего, что ты наговорил, но знаешь, спи с кем хочешь, это твоё право. Я не хочу окончательно сойти от тебя с ума, поэтому у нас с тобой всё кончено. Я думала, что когда-то смогу простить то, что тебя трогали чужие руки, но не могу. Знаю, что ты не моя собственность. Но… всё равно.
— Адель…
— Может быть, я несу какую-то чушь — не обращая внимание на его реплики, продолжила она — но знаешь, я ведь и правда тебя очень люблю. Мне бы не хотелось, чтобы тебя так любил еще кто-то.
— Адель, послушай.
— А вообще, я приеду к тебе. Вот прямо сейчас. Потому что я еду на вокзал, хоть ноги меня и не держат. Вот скажешь мне, что ты меня не любишь, и я поеду обратно. И мне будет плевать тогда. Только скажешь мне всё, глядя в глаза. Я всё сказала. Теперь можешь дальше идти спать, с кем тебе хочется.
— Где ты?
— Какая тебе разница? После этого ты уже не имеешь ко мне никакого отношения.
— Да не спал я ни с кем! Дурочка ты! — неожиданно закричал он — Если ты сейчас не поедешь домой, то я приеду и убью тебя!
— Нет, это ты специально так говоришь. Ты спал и тебе полегчало…
— Я уже сам жалею, что сказал тебе эту глупость.
— А я вот нет. Теперь я знаю, кто ты.
— Я думаю, что теперь ты знаешь, что такое текила. Иди домой, пожалуйста. Я сейчас позвоню Элли и скажу где ты, она приедет.
— Тебе не обязательно знать, где я. Иди гуляй.
— Боже мой, Адель! Сколько ты выпила?
— Чтоб ты знал, я трезвая. И вообще, это всё говорю не я, а моё расстроенное воображение. Знаешь, если бы я знала, что всё так получится… — она замолчала и продолжила — то всё равно бы захотела с тобой познакомиться. Мне больно, поэтому я больше не хочу с тобой говорить. Я тебя ненавижу.
— Да ты дура просто! Извини, что я ору, но я люблю тебя, чокнутую! Ты меня так разозлила и расстроила тогда, как никто другой! Я наговорил тебе всякой ерунды, сам не знаю зачем. Прости меня, только пожалуйста, езжай домой.
Аделия молчала.
— Пожалуйста, я прошу тебя — продолжил Отто — скажи мне, где ты, я волнуюсь. Я же не могу позвонить Джери и сказать, что ты пьяная болтаешься по городу.
— Я не болтаюсь, а сижу. А Элли всё равно нет дома, поэтому нет смысла в том, чтобы тревожить её.
— Вызови такси себе. Адель, я снова хочу говорить с тобой вечерами.
— Ты думаешь, что это так просто? Сначала сказать, что ты был не один, а теперь взять свои слова обратно. Невозможно так просто всё выбросить из головы.
— Давай мы поговорим, когда ты приедешь домой?
— Пока, Отти.
— Хорошо, что, хотя бы Отти.
— Пока — повторила она и положила трубку.
Наконец, вызвав такси, Аделия практически уснула на заднем сидении. Как бы она не злилась, ей стало легче, потому что, возможно, Отто теперь и правда сказал правду. Но, вспоминая то, что он написал ей, сердце снова сводила непонятная боль. На город опускалась ночь. Свет придорожных огней заставлял впадать в спячку. Она вышла у своего дома, и уже у входной двери обнаружила, что ключа от квартиры не было.
— Голова моя дурная — произнесла она и села на лавочку.
Раздался телефонный звонок.
— Ты доехала? — спросил Отто.
— Да.
— Ты уже дома?
— Нет, я сижу под подъездом — успокоившись, ответила она.
— Прости меня за то, что я наговорил всякой ерунды, просто я ненавижу, когда бросают трубки.
— Я теперь тоже.
— Адель, послушай, у меня правда кроме тебя никого нет, я очень люблю тебя.
— Я знаю.
— Почему ты не идёшь домой?
— У меня нет ключа. Он остался дома, когда я захлопнула дверь. И ещё, мне холодно.
— Это просто ты отходишь после текилы.
— Думаешь?
— Знаю — улыбаясь, ответил он.
— Ты прости меня.
— За что?
— Я не должна была бросать трубку.
— Этот не ты виновата, просто у меня скверный характер.
— Мне многому предстоит у тебя научиться, Отти.
— Люблю твоё «Отти».
— Я знаю.
— Ты ведь не уходишь?
— В смысле?
— Ну ты сказала, что уходишь от меня.
— Ага, конечно, от тебя так просто уйдёшь — сказала она и добавила — я знаю, что ты сейчас улыбаешься.
— Я так люблю тебя.
— И я люблю тебя.
— Моя малышка, подожди, пожалуйста, я сейчас наберу Элли и скажу, что ты под подъездом сидишь.
— Она не приедет всё равно.
— Не волнуйся. Я сейчас договорюсь.
Аделия сидела у дома и теперь снова чувствовала, как счастье приятной дрожью растекается по телу. Погода уже не казалось холодной и противной, люди были другими. Ночь была другой.
— Что, домой попасть не можешь? — радостной подбегая, спросила Элли.
— Что ты тут делаешь?
— Адди, ты — алкоголичка! Я еще полчаса назад выехала, а тут Отто только что позвонил и оказалось, что ты как раз под дверью сидишь.
— Спасибо, что приехала. Я уже замёрзла.
— На улице тепло. Это тебе от другого холодно.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я люблю текилу.
— Чудная ты.
— Пойдём домой, хватит болтать.
Комната снова казалась очень уютной. Аделия завернулась в плед и пыталась пить горячий чай, но из головы не выходил он.
Раздался звонок.
— Адди, как ты?
— Привет, Джери — расстроено ответила она — хорошо. Уже сплю.
— Я отвлекаю?
