Я не смотрела на Мэтта, несмотря на его чересчур повышенное внимание к моей персоне. Он старался казаться вежливым. Когда группа «Damaged» закончила свое выступление, поблагодарив парней, ди-джей включил еще одну медленную композицию, из-за чего людей на танцполе стало немного меньше. Я хотела отойти в сторону, но тут мое внимание привлек Брэндон, пригласивший Лизу на танец. Ребята расположились слишком близко к нам и мне стоило титанического труда, чтобы не смотреть в тот участок зала. Кивнув Мэтту, я наконец отошла к столику, где сидела воодушевлённая Джессика.
— Почему ты перестала танцевать? — Джесс коснулась указательным пальцем переносицы очков.
— Мне стало жарко, — ответила я, направляя ладонями потоки воздуха на себя. Джессика пожала плечами.
Я постояла спиной к танцполу несколько минут, думая о том, какая я взволнованная дура.
— Тина, я могу пригласить тебя на танец? — за спиной послышался знакомый, бархатистый баритон, звук которого прибил мои трясущиеся ноги к земле.
Успокоившись, я развернулась, не выдавая своего неуместного трепета. Брэндон протянул мне руку, однако по его лицу было заметно, что он был взволнован не меньше моего. Я слабо кивнула и направилась за ним, чувствуя, как крепко он сжимает мою ладонь в своей руке. И зачем только он завел этот глупый разговор в парке сегодня днем, из-за которого теперь между нами образовалась огромная пропасть? Мне было так комфортно с ним вчера и все предыдущие дни, а сейчас я чувствовала себя плохо. Брэндон повел меня близко к центру, в свободное место в зале, кладя одну свою ладонь мне на талию, а другой придерживая свободную руку. Лучше бы он прижал меня к себе и увез отсюда.
— Прекрасно выглядишь, — прошептал он, слегка наклоняясь к моему уху.
— Ты тоже, — машинально ответила я, бросив взгляд на его образ.
Сегодня на нем был черный лонгслив и темные джинсы, собственно, удивляться было нечему, ведь кроме меня и Джудит, почти все выглядели здесь одинаково. Но ему очень шел такой простой образ.
— Так ты теперь в группе?
— Пока гитарист в больнице с гриппом, — пояснил он.
Простыми вопросами я старалась скрыть своего волнения и нарастающего напряжения между нами. Брэндон не сводил с меня глаз, однако взгляд его становился практически безразличным, словно он танцевал не со мной, а с любой другой девушкой, которая согласилась бы выйти с ним на танцпол. И мне от этого стало грустно.
— Ну что ты решила? — вопрос Брэндона вырвал меня из раздумий.
Парень осторожно притянул меня ближе к себе, а я чуть не потеряла дар речи, чувствуя, как бешено колотиться мое сердце.
— Я… — промямлила я, охваченная тревогой.
— Я имею в виду, ты будешь выступать с презентацией? — громко переспросил он, и лишь тогда до меня дошла суть его вопроса.
Боже, какой неловкий момент.
— Я пока не знаю, — отмахнулась я, желая поскорее сесть за свой столик
— Может, обсудим это завтра?
Парень кивнул, и когда песня закончилась, попрощавшись, направился в другой конец зала к своим друзьям. На какой-то момент мне показалось, будто он резко сменил тему, чтобы не смущать меня.
Через полчаса я уже была дома, под душем, обдумывая все свои поступки за последние дни. Утром я бы ни за что не подумала о том, что Брэндон выставит мне ультиматум. Нужно было выбираться из всех сложных ситуаций, в которые я по глупости угодила.
Кристина
Интенсивная тренировка перед матчем меня совсем не вымотала так, как я того желала. Я с шумом, исходя невидимым паром, собирала сумку у локеров в фойе, искоса наблюдая за сладкой парочкой в конце коридора. Дверца шкафчика под немой и непонимающий упрек подруги, стоящей рядом, была агрессивно захлопнута и заперта на ключ.
— Хей, да что такое? — Джудит облокотилась о стальную стену из шкафчиков. — Ты сама не своя.
— Все в порядке, — нервно процедила я, не сводя глаз с Брэндона.
Одноклассник продолжал говорить со своей собеседницей, к моему великому стыду, не считая нужным даже взглянуть в мою сторону. Достаточно было всего лишь поднять свои глаза, чтобы наткнуться на мой раздраженный взгляд.
Потому что он, очевидно, думал, что с него достаточно. Мы с Брэндоном были с утра на всех совместных уроках и факультативах. Он поздоровался со мной даже дважды, а в остальные разы тепло и вежливо кивал, то бишь в те самые моменты у аппарата с кофе, в столовой или же тогда, когда я намеренно уронила учебник у его парты, чтобы наклонившись, установить с ним зрительный контакт. Брэндон был вежлив, скромен, и галантен, как и полагалось, отчего я злилась пуще прежнего. Наверное, если бы я заметила хоть один вздрагивающий мускул на его лице, или же, нечто, похожее на раздражение, а может слабую заинтересованность во мне, когда я специально улыбалась при нем спортсменам — я бы не злилась.
