(экипаж Ту-2)— Ну, ты как? — Да, вроде, целый,Руки-ноги не задело. Сам-то жив?— Да вот башкой об пулемёт.— Как фашист?— Фашист — отлично!— Не всплывёт?— Проблематично.Веселится и ликует весь народ.Будете знать, собаки, наш воздушный флот!— Кстати, что там с самолётом?— Тут часа на два работы —Так, немного обгорели провода.— А снаружи дело хуже:Много дырок и к тому жеМалость лыжу повредили— Не беда!Палку привяжем — будет лыжа хоть куда!Ну-ка, взяли!(Появляются ненцы)— Командир! — Что? — Гляньте-ка.— Эй, ребят, не убегайте!Ну, давайте — помогайте.— Не размяться ль нам чуть-чуть по холодку?— Мы — свои, ну… мы за наших!Нам бы пару деревяшек,Мы бы лыжу починили и «ку-ку».— Ну-ка, дружнее, приготовились к рывку!(ненецкая девушка притаскивает багор)— Деревяшка!— Гляньте, братцы, вот вам лыжа,Нет, ей богу, я помру!И откуда бы здесь взяться корабельному багру?Что за буковки такие?Жаль, подпортила вода.О, прочел: «сэ вэ Мария»..(Саня) — Что?! Откуда? Дай сюда!Где вы это взяли?(ненецкий шаман)Это было давно, сильно давно.Тот человек пришел сюдаСо стороны большого льдаПешком по ледяному полю.(С. Г.) — Да, это он!— Он много дней провел в пути,Мы не смогли его спасти —Он был однако сильно болен.(С. Г.) — Конечно, он!— В бреду, совсем уже без силПисьмо он довезти просилТуда, до русских поселений.Я свёз письмо в Югорский Шар.— В тот год хороший был базар —Мы продавали там оленей.— Вещей не много было с ним,Всё, что осталось, мы храним.(Саня Григорьев разглядывает принесённые шаманом вещи)«Шхуна „Святая Мария“. Корабельный журнал.»Как в нескончаемом романеВ одном и том же смутном снеПод сводом северных сиянийКорабль, мерцающий в тумане,Из ночи в ночь являлся мне.И это более, чем странно —Вдруг ненароком, наявуНайти негаданно-нежданноПолузабытого романаНедостающую главу.Главы все, да кому читать их?Что в них толку теперь, без Кати?[заполярный аэродром]
