Лицо Марона стало бледным, как полотно, и он ринулся в кусты, извергая в них все содержимое своего желудка. Лэниэль и Норд перестали посмеиваться и обменялись озадаченными взглядами.
— Я не думал, что он такой впечатлительный, — пожал мечник плечами, продолжая пить свой чай.
— Может, мы перестарались?
Марон вернулся бледнее, чем был до этого, казалось, он будто обескровлен. Он держался за живот, но левой, дрожащей рукой показывал куда-то вдаль.
— Ребята, там, там…
— Что? — хором спросили они.
— Там чей-то череп…
Норд уже собирался саркастично вернуть его в жестокую реальность, намекая на то, что в животный мир беспощаден. Черепа животных в лесу — не редкость. Но когда вся троица подошла к кустам с факелом, по плечам Лэниэль пробежали мурашки.
— Такого даже я не встречал, — пугающе произнес Норд.
На влажной и рыхлой почве, окруженной дождевыми червями и личинками, лежал бледный череп. Он частично потрескался, некоторые кусочки были отколоты, и казалось, все довольно ординарно вписывалось в картину оленьих останков.
Если бы не одно «но». У оленя была всего одна половина черепа. Вторая же его часть более походила… на эльфийскую. Будто бы срощенные воедино, части черепа эльфа и животного составляли единое целое. Раскидистые оленьи рога намного утяжеляли и перевешивали мрачную находку.
Пахло сыростью, гнилью и разложением, так что эльфы прикрыли носы руками, а Норд так и остался стоять. Он единственный осмелился поднять проклятый череп, не обращая внимания на опарышей, кишащих в глазницах. Лэниэль отступила на шаг назад, борясь с подкатывающей тошнотой.
Отшельник присел, отряхнул его от комьев грязи и покрутил в руках. Но помимо неизвестной природы его возникновения, ничего из ряда вон выходящего не обнаружил.
— Да уж, — протянул он, пока Марон направлял свет факела на деревья вокруг, силясь отыскать еще странности, — плохи дела.
— Ты что-то обнаружил? — голос эльфийки взволнованно дрожал.
— Я чувствую здесь атмосферу, которую уже давно бы хотел забыть. Смерть, проклятие, разложение, которых не должно быть на этих землях. Это не просто обычная смерть животного, и не чья-то злая шутка. Нам нужно уходить отсюда, немедленно!
Девушка тоже призналась себе, что ощущает прикосновение чего-то нехорошего, отчего ей захотелось развернуться и бежать без оглядки.
Норд стремительно поднялся на ноги, бросив череп туда, где он лежал, и быстрым шагом направился к кострищу. В мгновение ока огонь был потушен, и в темноте, освещаемой лишь одним слабым факелом, вся троица стала собирать пожитки.
— За мной, — скомандовал Норд, поддерживая эльфийку, которая уже валилась с ног от боли и усталости. Не желая более доставлять ему проблем, она твердо решила идти самостоятельно, превозмогая боль в ноге. Она выпила еще один заживляющий раствор, действие которого приятно разлилось в желудке, и на какой-то период острая боль утихла.
Марон покорно шагал рядом, опасаясь отстать и заблудиться в непроходимых лесах. Сокол недавно улетел на охоту, но никто не переживал, что он затеряется. Нери всегда без сомнений определял местонахождение хозяев и получателей.
Пока хватка страха не отпускала путников, они шли молча, почти крадясь. Подросток слегка вздрагивал от окружающих его шорохов, вспоминая свое жуткое видение. Ему пришлось взять на себя почти все сумки и мешки, ведь Норд тащил Лэниэль.
Пробираясь все глубже и дальше в лес — почти параллельно спящему вулкану, Отшельник не мог отвязаться от ощущения тревоги. Эти территории, ранее считавшиеся безопасными, сейчас съедала поросль тьмы.
Пытаясь отвлечься от неприятных ощущений, девушка завела разговор:
— Ты говорил, что мы направимся к Призрачному народу, верно?
— Именно.
— Но кто они?
Если бы в лесу было немного посветлее, а на его лице отсутствовала маска, она бы смогла заметить подобие удивления на его лице. Но поняла, что должна была знать о них хоть что-нибудь, когда услышала его саркастичный смешок:
— Ты не знаешь?
Она покачала головой, и спутанные волосы рассыпались по плечам.
— Страсть как хочу искупаться… — она недовольно почесала плечо здоровой рукой.
— Ну, если все пройдет удачно, они нас приютят, — ободряюще ответил он. — Призрачный Народ — это древняя часть отщепенцев эльфийского рода. Уйдя от бурной жизни вашего промышленного уклада, они решили углубиться в более древние отрасли магии, основав свое племя…
— Ох, — разочарованно вздохнула Лэниэль. — Ты знаешь о нашем народе и истории больше, чем я…
— Неудивительно. Ваши летописи были давно перекроены, а часть из них и вовсе утрачена. Возможно, ты слышала лишь легенды или урывки о них.
Марон не удержался и протяжно зевнул. Лэниэль, уже нечаянно позабыв, что он следует с ними, вздрогнула от неожиданности. Она и сама еле сдержала зевок, по привычке высматривая на деревьях хорошее спальное местечко.
— Но откуда ты сам столько знаешь?.. Они ведь так далеко от твоего дома?
Она аккуратно покосилась на Марона, боясь сболтнуть при нем лишнего.
