– Мало ли чем она берёт, – усмехаясь, заступился за женщину Рафик, – Только один любовник не видит, а другой сам потный боров – толстый, лысый и маленький. Я поспрашивал соседей Полетаевой, показал фотографии, они рассказали, что этот мужик приезжал к ней на шикарной машине часто и без водителя. В свет он её не выводил, цветов не дарил, но портфель нёс всегда пухлый, наверное, сервелатом баловал, да икрой с шоколадными конфетами.
Шапошников стал чувствовать себя немного лучше, голова прошла, и он уже сносно соображал.
– Ты навёл справки об этой паре, как они проводили время на лайнере и конкретно в Афинах? Они с кем-то подружились? Когда сошли на берег, в какое время вернулись?
– Позволить себе путешествие на таком роскошном круизном лайнере как «Royal Princess» простые обыватели позволить себе не могут, – Рафик открыл папку и периодически заглядывал в записи. – Путёвка на одну персону стоит около двух тысяч евро. Поэтому группа состояла из так называемых новых русских. Они сорили деньгами, по-крупному играли в казино, которое находится на лайнере, просаживали большие деньги, много пили и даже, горлопанили русский фольклор. А эта пара вела себя достаточно скромно, в шумные компании не вливалсь и деньги попусту на ветер не спускала. Да они жили в разных каютах, позиционировали себя как друзья. В Афины лайнер прибыл рано утром седьмого июня. Пассажирам объявили, что судно будет пришвартовано на сутки, и лишь на следующее утро лайнер отчалит к другим берегам. После завтрака туристы большой толпой повалили на берег. Свидетели видели, как пара сходила на берег, но точно никто не подтвердил время, когда они вернулись. Однако известно, что около двенадцати часов ночи их видели в ресторане лайнера. То есть алиби пара не имеет.
– И что нам с ними делать?– решил посоветоваться с коллегами Шапошников, хотя сам уже всё решил.– Прямых улик нет, но допросить с пристрастием необходимо, так что будем задерживать. Что у тебя, Петрищев?
– Домработницу Свешникова шантажирует Серебряков Пётр Анисимович. Он работает начальником охраны в звероферме, которая начала свою работу два года тому назад. В пригороде Санкт-Петербурга одна криминальная компания купила, а люди говорят, в карты выиграла или отжала, заброшеный зверокомплекс. На самом деле совсем не старый. На время покупки, хозяйство было оснащено электричеством, водой, и всем самым необходимым. Зверокомплекс не действовал несколько лет по причине банкротства и уже начал разрушаться. Так вот блатата наняла управляющего, который является специалистом в этой области, штат сотрудников, а в охранниках ходит некогда судимый Серебряков. Я предполагаю, что от самого предпринимателя или из патентного бюро, или от кого-нибудь ещё утекла информация о том, что Свешников собирается расширить бизнес, в связи с этим завёз на ферму экзотических животных и даже зарегистрировал патент с химической формулой. Вот криминальная компания решила достать этот документ, чтобы обойти бизнесмена.
Иса наконец-то оклемался, прочистил горло и включился в разговор:
– И? Откуда Серебряков узнал о судимости дочери Изольды?
– А они проходили по одному делу. Дочь Изольды, когда убежала из дома, скиталась в компании таких же непутёвых подростков, они приворовывали по вокзалам и метро, крали дорогой товар в супермаркетах. Когда стали наводить справки о Свешникове, о семье, об окружении вышли на Изольду. Поэтому ей показался знакомым голос, который она слышала по телефону. Я попросил местного участкового, чтобы тот доставил его, – Петрищев посмотрел на часы, – через час. Только предъявить нам нечего. Он ничего не нарушил, никого не ограбил, не убил, ни денег, ни документов, ни от кого не получал. А то, что звонил, так это шутка была, хотел связаться с подругой по старой дружбе.
– Только всё равно ты тряхни его как следует, чтобы забыл, кто такая Изольда и что на свете существуют такие документы, – Сергей потёр стучащие виски. – Предупреди, что если не притихнут, то легальность их бизнеса будет выяснять подразделение по борьбе с экономическими преступлениями. Не мне тебя учить. По Дмитрию Самойлову есть какие-то новости?
И снова телефон Исы громким пением заглушил все разговоры. Мужчины повернули головы в его сторону, а адвокат всё никак не мог обнаружить трубку в бездонном кармане куртки и наконец-то ответил. Слушал недолго, потом повернулся к Шапошникову и быстро сказал:
– Там что-то происходит. Надо срочно ехать.
– Где происходит? – поднимаясь из-за стола, спросил полицейский?
– В салоне «Элеонора».
– Поехали, – уже в дверях Шапошников повернулся. – Все материалы дела по Самойлову мне на стол.