Теперь от ужаса завопили кочевники. Теперь они, давя друг друга лезли в узкие ворота, за стены погоста. Яростный вопль вырвался из глоток наёмников, его подхватили горожане, за их спинами. И даже городские стражники осмелились отойти от ворот. "В пе-рёд! Бей!"
Собачник выдрался из толпы, бросился навстречу воинам и горожанам. Седобородый. Как и прежде: без доспехов, без щита, один. Лишь меч на поясе:
- Стойте! Стойте!
- Стоять! - рык Тадарика пригвоздил его войско к земле. Горожане с разбега ткнулись в закованные спины воинов.
- Стоять! - повторил Тадарик свой приказ, но уже на пару тонов ниже.
- Отважные воины! Добропочтенные горожане! - С мольбой заговорил кочевник. - Мне понятен ваш гнев! Я сам разделяю его. И если бы подлый отступник не был бы растоптан вашими ногами, я бы сам плюнул ему в стынущие глаза! Он - позор нашего племени! Он - изгой и нарушитель закона! Его смерть - благодеяние для нас!
Гастас пробился через толпу к говорящему. Победа - победой, запал - запалом, а трофей - трофеем. Не схватишь сразу - окажешься ни с чем. Меч из упругой бронзы так и льнул, так и ластился к руке нового хозяина. Или рука воина льнула к отличному оружию? Гастас даже помягчел и глядел на своего бывшего хозяина без злобы, с некоторым сожалением. Эту-то едва заметную мягкость и уловил Седобородый.
- Отважный юноша, - обратился он к нему. - В знак того, что смерть нечестивца не стала причиной ненужной вражды, прими это оружие из моих рук, - он отцепил от пояса меч, оставшись полностью безоружным, перед лицом возбуждённой толпы, протянул Гастасу. - С двумя такими мечами ты будешь непобедим.
Воин мог отвергнуть всё, но не такое оружие. Не удержавшись, юноша крутанул мечи в руках. По лицу Седобородого прошла судорога, но воля вождя удержала чувства:
- Мы пришли с миром в эту землю. Позвольте же нам с миром уйти. - Собачник умолял с трепетом и надеждой. Это проявление слабости подстегнуло толпу:
- Моя крупа!
- Мой горшок!
- Мои деньги!
- Тихо! - рявкнул на горожан Тадарик и заметил уже спокойно. - А ведь люди правы. Твои соплеменники действительно испортили их товар, ничего не дав взамен.
- Если бы я был там, я пресёк бы их глупые дерзости, - быстро отозвался Седобородый.
- Да?
- Но я и сейчас легко могу покрыть их убытки. Думаю, две овцы ...
- Истинное наслаждение беседовать с мудрым человеком, - отозвался Тадарик.
- Я скажу своим людям?
- Конечно, конечно.
...........................................................
- Вам что? Действительно завтрашний день ни к чему? - зашипел Тадарик на своё войско. - Куда вы лезете? Нас нет и сорока человек. У них - целое племя за стеной и каждый будет драться за свою жизнь.
- Мы поможем, Тадарик! Веди нас! - крикнул кто-то из горожан. - Мы их зубами загрызём!
- У них не меньше десятка собак, - перебил его воин. - И, скорее они вас загрызут, чем вы их. А ваши дети останутся сиротами.
Народ притих.
- Короче, берите, что дают, - напирал Тадарик. - И по домам. А эти ... пусть уходят с миром. Степь большая. Где-нибудь да встретимся. Но без стен! Правда? Гастас? - он хлопнул победителя по плечу.
- Точно, - отозвался тот, не отрываясь от своих игрушек. - В поле встретимся. А здесь народ зря класть ни к чему.
................................................................
Потом резали и делили баранов, горожане переругались из-за шкур, потом....
.....................................................................
На опустевшую равнину, крадучись, вышли двое собачников, подобрали обобранные догола тела соплеменника и его собаки. Вождь велел уходить, как только стемнеет. Он потерял сына, но сохранил народ, а это важнее, ибо вождь без народа - ничто. И ещё вождь велел готовиться к дальней дороге. Ни собаки в латах, ни седая бронза больше не были защитой для племени. Нужны стены или ... горы. Проклятие ведьмы продолжало сбываться.
Шум, производимый Тадариком равнялся шуму всех его воинов вместе взятых. В доме ворота нараспах. Плеск и фырканье у колодца. На заборе - пять свежих бараньих шкур. Горят костры, кто-то отправился в поход за пивом.
- Соседей бы пожалел, - ворчит Хозяйка. - Разорались тут!
Тадарик вскидывается:
- Так зови их сюда! Зови всех! И музыку! Гуляем!
- Танцор! - ворчит рабыня.
- Да! Танцор! Сейчас возьму и станцую! Эй! Гастас! Хватит свои цацки рассматривать! Сколько раз тебя тот, бешенный, зацепил?
- Ни разу, - оторваться от новых клинков - выше сил юноши. Крутит мечи, играет с ними, приучая к рукам. Так они хороши.
- Опять ни разу? Счастливчик. Спорим, я тебя помечу?
- Ты?
- Станцуем, как говориться, без музыки? Два твоих клинка против двух моих, медных, клёпанных? Всё равно ещё ничего нет: ни мяса, ни пива, ни музыки.
Резон в словах хозяина есть. Гость уточняет:
- Какая броня?
- Никакой. Хочу металл чувствовать.