— Это не я! Не я! — Заверещал отчаянно одетый в лохмотья паренек лет двенадцати, когда расстояние между ним и жертвой ограбления сократилось почти до нуля несмотря на то, что ребенок старался бежать с максимально доступной скорсотью. У взрослого мужчины банально ноги были длиннее, да и кушал он явно получше, чем нищее дитя улиц, которое от сильного ветра явно шаталось, если вообще не падало. — Дяденька, не надо!
— Убью! — Любовно отполированный кусок древесины почти дотянулся до затылка беглеца, который бы без всяких сомнений проломил, но в последний момент ноги обладателя шерстяной кофты на краткий миг вдруг словно застыли на месте… А все остальное — нет. В результате мужчина, конечно же, потерял равновесие и покатился кубарем по уличной грязи, собирая на себе навоз свежий и старый наравне с прочей грязью. Грязно матерясь, он сразу же постарался подняться на ноги, но едва избежавшего как минимум сотрясения мозга мальчишки конечно же через три секунды и след простыл. Под звуки ругательств дубинка отправилась обратно в рукав… А после жертва ограбления вдруг резко умолкла, поскольку обнаружила у себя на поясе кошелек. Тот самый кошелек, из-за которого и кинулась в погоню за малолетним оборванцем, срезавшим с пояса маленький кожаный мешочек каким-то маленьким острым лезвием. Только сейчас веревка была целой. И оканчивалась тем самым денежным хранилищем, которого полминуты назад на месте точно не было!
— Странная у них тут, конечно, мода, — вздохнул я, медленным прогулочным шагом удаляясь от места восстановления кармического равновесия. Малолетний карманник не попрощался со здоровьем, а может и жизнью, но у его жертвы ничего не пропало… Скорее даже добавилось. Грязи на свитере. — Чем местным дикарям не угодили карманы? Ну не могли же они даже такую примитивную технологию просрать…
