Ой, можно подумать, мы год живем в лесу! Всего-то второй день. И похоже, мой план по отправке Мышки в хижину на кухню не удался.
— У тебя клюет! — ору я, увидев дергающийся поплавок.
— Где? Ой!
Она дергает удочку, крючок пустой — рыбешка сорвалась. Дергает слишком сильно, крючок летит по дугообразной траектории, оказывается сзади, цепляется за какой-то лопух.
— Подожди… — пытаюсь я предупредить Мышку, которая бросается к нему.
Но она тянет руку к крючку, отдергивает, сначала пищит, а потом вопит:
— Он воткнулся мне в палец!
Я бросаю удочки, бегу на помощь, краем глаза замечая, как поплавки уходят под воду. Блин, там отличный клев! А я опять его упустил.
— Не дергайся, — говорю Мышке. — Зажимаю ее палец и аккуратно извлекаю из него крючок.
— Больно!
Я целую ранку. С сожалением смотрю на ушедшие под воду поплавки, и говорю:
— Пойдем домой, надо антисептиком обработать.
— Они собираются сгонять в ближайший городок, попить кофе, поесть десертов. Поехали тоже?
Мышка смотрит на меня умоляюще.
Они — это наши соседи по турбазе, семейная пара, которая живет в домике неподалеку. Мы с ними вчера познакомились.
— Но я собирался вечером порыбачить…
— Тогда я поеду с ними одна.
— Ладно. Погнали, — вздыхаю я.
И мы гоним. Мышка всю дорогу возбужденно тарахтит, я киваю и улыбаюсь. В кофейне она объедается тирамису с меренгами и упивается кофе. Я тоже выпиваю чашку кофе и съедаю какую-то сладкую хрень.
— Чего ты такой недовольный? — то и дело спрашивает Мышка.
— Да нормальный я…
— Может, еще эклеров закажем?
— Заказывай.
У тебя муж-стоматолог, плевать на кариес.
А на обратном пути Мышка заводится:
— Я же предлагала съездить одной! Ты бы порыбачил, я бы попила латте…
— Я не мог отпустить тебя одну.
— Не одну! А с нашими соседями.
— Я их не знаю.
— Милая семейная пара.
— А вдруг они маньяки?
— Самый главный маньяк — это ты! Сам не получил удовольствия от поездки и мне все настроение испортил.
— Чем это?
— Своей кислой физиономией!
Дома мы продолжаем спорить.
— Это что, наша первая семейная ссора? — спрашиваю я.
— Не первая, — заявляет Мышка.
— Не первая? — удивляюсь я.
— Мы уже сто раз ссорились.
— То были мелочи.
— И сейчас мелочи. Но спать ты сегодня будешь на диване!
— Ну уж нет! И давай раз и навсегда установим правила.
— Что еще за правила? — подбоченивается Мышка.
— Правила нашей семьи. Первое: мы не ложимся спать, пока не помиримся. И спим всегда вместе, что бы ни случилось.
— Но… — начинает Мышка.
И замолкает.
— Как тебе такое правило?
— Принято, — кивает она.
— Тогда давай мириться.
Мышка расстегивает рубашку и эротично обнажает одно плечо. Я включаю музыку на телефоне, и стриптиз продолжается.
Ну все, помирились!
Эти три дня мы провели вместе. Мы почти не расставались — даже на пятнадцать минут. И — мы все время ссорились. Потом трахались, как бешеные кролики — и все снова становилось хорошо. Просто офигенно.
Но потом что-то опять шло не так, и мы начинали спорить… Это пустяки. Мелкие ссоры. Притирка и стыковка. Просто рыбалка выявила некоторые противоречия. С которыми мы, конечно же, справимся.
Мы едем домой. Чемоданы в багажнике. Несколько сазанов, упакованные в пакеты со льдом, там же.
— Рыбой воняет, — морщит нос Соня.
— Не выдумывай. Багажник герметичен.
— Серьезно! Я чувствую. Меня уже тошнит от этого запаха.
— У рыбы вполне нормальный запах. Она свежая.
— Мне эта рыба уже снится! Каждую ночь!
— Тебе снится рыба?
— Естественно!
— К чему бы это? — вспоминаю я народную примету.
— К тому, что ты говоришь о рыбе, думаешь о рыбе, и, кстати, ты тоже воняешь рыбой…
Я воняю? Обидно, между прочим.
— Может, тебя и от меня тошнит?
Соня лишь отмахивается.
— Просто я теперь ненавижу рыбу! Больше никогда не буду ее есть.
— И на рыбалку со мной больше не поедешь?
— Никогда.
— Но ведь было классно!
Она молчит.
— Ну скажи. Было же классно?
— Да! Это было классно. Очень горячо. Как на вулкане. Мне надо остыть, — произносит она задумчиво.
— В смысле?
— Я хочу домой.
— Мы и едем домой.
— Мы едем к тебе. А я хочу к себе.
— Мы едем к нам! — чуть ли не ору я. — Ты моя жена! Вот уже десять дней.
Что еще за «к себе»? Что за бунт на корабле? Тут я капитан. И я никого не выпускаю на берег.
— Кеша, я хочу немного побыть у себя дома, — упрямо повторяет Мышка.
— Юльке нужна моя поддержка, — произношу я.
В качестве аргумента за то, чтобы поехать домой.
— Юлька сама сказала, что спокойно обойдется без тебя, — парирует Кеша.
— Да она просто не хотела отвлекать меня от медового месяца!
— Отличная подруга!
— У нее завтра свадьба. Мы ей сейчас нужны. Яна приедет, между прочим! Варлам ее отпустил.
— Ты просто ищешь причины, чтобы поехать не домой, а…
— В свою бывшую квартиру, — подхватываю я. — Где все мои вещи, где сейчас мои подруги, где я хочу…
— Чего ты хочешь?
— Не знаю. Отдышаться. Осознать, что произошло. И ненадолго вернуться в свою девичью жизнь…
— В последний раз, — говорит Кеша.
— Ну конечно.
Кеша тормозит у моего дома. Да, я все еще называю его своим…
— Ну, пока — говорю я.
И тянусь к нему, чтобы поцеловать. Но он какой-то холодный. И отстраненный. Дуется…
