Ещё раз тряхнув головой, я отвернулся, а когда ломота прошла и я вновь посмотрел на Падди, тот опять выглядел готовым к бою хомячком. Белым. Лабораторным.
– Иллюзорный артефакт, Грым, – пояснил хафлинг. – Будем выходить, я его включу. И никто ничего не разберёт, если, конечно, по пути нам не встретится какой-нибудь чересчур подозрительный маг.
– Только маг? А у добберов, значит, мер противодействия твоему артефакту быть не может? – уточнил я, немного успокоившись. Падди отрицательно покачал головой.
– А зачем? – пожал плечами белобрысый. – Или ты думаешь, что любой вор из Граунда может обзавестись такой игрушкой, как у меня? Ну так можешь больше так не думать. Это творение деда – сплав менталистики, сенсорики, пространственной магии и магии стихии Воздуха. Уникальная вещь, можно сказать. Мастеров, способных создать что-то подобное, конечно, немало, но такой артефакт делается на заказ, под конкретного разумного, стоит очень и очень дорого, и для посторонних бесполезен в принципе. Просто не будет работать. Опознать же носителя под иллюзией, навеваемой таким артефактом, можно лишь имея навык, когда-то пафосно названный «оком волшбы». И хотя этот самый навык присущ многим магам и даже механикам, но и у него есть свои слабые стороны.
А именно, он требует осознанного применения, его нельзя постоянно держать активированным, а то и с ума недолго сойти.
«То есть для того, чтобы рассмотреть скрытое иллюзией, нужно знать, что перед тобой именно иллюзия?» – черкнул я на грифельной доске, и Падди утвердительно кивнул.
– Собственно, по большей части этот навык востребован там, где требуется видеть токи сил. Магам-исследователям, артефакторам, зельеделам. Тем же механикам, работающим с артефактной аппаратурой, или ювелирам при работе с магически активными камнями без «ока волшбы» в работе не обойтись. Но, как я уже сказал, с постоянно работающим «оком» особо долго не походишь. Слишком велика нагрузка на разум.
– Насколько велика? – спросил я, всё ещё пребывая в сомнениях.
– Настолько, что тем же артефакторам, признанным мастерам в использовании этого навыка, для серьёзной и долгой работы приходится использовать специальные очки с боковой защитой. Видел, наверное, такие у Дайны? – произнёс Падди, и я кивнул. Действительно, во время работы орчанки над артефактами я неоднократно заставал её в монструозных гогглах, склонившейся над рабочим столом. Выглядела она в тех окулярах крайне забавно. – Так вот, такие очки, если не считать иного функционала, нужны, чтобы ограничить поле зрения мастера. Меньше обзор – меньше нагрузка на мозг, больше времени для работы со включенным «оком». И, кстати, об артефактах… держи!
В руку мне плюхнулся небольшой медальон из алхимического золота на длинном плетёном кожаном ремешке.
– Это то, о чём я подумал? – спросил я Падди.
Тот усмехнулся.
– Менталист из меня не ах, честно говоря, а учитывая твои особенности… В общем, думаю, с чтением твоих мыслей и мастер ментала не сразу справится. Иными словами, я понятия не имею, о чём ты там подумал, синий! Но если вдруг в твою лысую голову ненароком заглянула мысль о том, что у тебя в руке находится артефакт иллюзии, то знай, я в восхищении твоими умственными способностями! – довольно щерясь, произнёс он, но почти тут же погасил ухмылку и заговорил куда более серьёзным тоном: – Ты только учти, что, в отличие от моего медальона, это дешёвая одноразовая поделка. То есть и труба пониже, и дым пожиже. Полностью изменить твой образ он не сможет, да и после выключения эта фитюлька просто рассыплется пылью. У деда не было возможности сделать для тебя полноценный дубликат моего артефакта.
– Ого! – вырвалось у меня.
– Вот-вот, – Падди скривился и, чуть помявшись, всё же решил объясниться до конца: – Не, дед, когда выпыт… узнал у меня, куда мы с тобой сегодня собрались, хотел поначалу сделать нормальный артефакт, но помучился с твоим ментальным образом полтора часа и развёл руками. Размытый, говорит, очень, нужной точности с таким никак не обеспечить. В общем, пришлось обойтись таким вот эрзацем. Одежду он не замаскирует, как и рост с походкой, но перекрасит твою кожу в зелёный цвет, волосы на лысине «нарисует» и чуть изменит черты лица, чтоб больше на орка походил. Вот и всё. Ни подстройки под мимику, ни влияния на ментал окружающих. В общем, дешёвая поделка, как я и сказал. Но и это лучше, чем светить твоей синей рожей перед возможными свидетелями, согласись?
– Соглашусь, – прохрипел я в ответ. Честно говоря, я-то думал, что на подходе к месту обитания заказчика своих неприятностей просто закрою лицо платком да натяну кепку пониже, но то, что предложил Падди, это же совсем другое дело!
– Спасибо, – я отвесил хафлу короткий поклон и, вновь подхватив доску, черкнул на ней свой вопрос: «Сколько я должен за артефакт?»
– Иди ты к драхху, отрыжка Многоликого! – неожиданно взъярился Падди. – Я про цену говорил, чтоб ты понял, насколько редко такие вещи встречаются, а не для того чтобы… Это подарок от деда! По-да-рок! Понял, дубина ты синестоеросовая?!
