– Почему ты не поднялся, я бы тебе налил чего-нибудь, – сказал он, протянув Марко руку в открытое боковое окно.
– Ты меня приглашаешь в мой собственный дом?
Ну и мерзкая же у Армандо рожа! Безана криво усмехнулся:
– Благодарю, очень любезно с твоей стороны. Но я предпочту дождаться сына здесь.
– Марина будет мне звонить сегодня вечером. Что ей сказать?
– Ничего. Скажи, что Якопо захотел пожить с отцом.
– Но в это нельзя поверить!
Безана боролся с желанием выйти из машины и врезать ему как следует. И разбить этот идиотский классически прямой нос. Но сегодня – день терпения. И за терпение ему наверняка найдется местечко рядом со святыми.
– А ты считаешь, что можно поверить в то, что после всего, что случилось, он захочет жить с таким говнюком, как ты?
Армандо воздел очи к небесам.
– Марко, ну пожалуйста, не будем ссориться. Якопо и так сегодня досталось.
Может, все-таки выйти и дать ему по морде? Чтобы не строил здесь из себя заботливого отца?
– Скажи Марине любую глупость, какая в голову придет. Но если позвонит мне, я ей отвечать не буду. Разбирайся с ней сам.
– А ведь она права, ты действительно грубый и невоспитанный.
Безана улыбнулся. Лучше уж быть грубым и невоспитанным, чем таким мерзким лицемером, как Армандо. На прощание он поднял руку с прижатыми к ладони четырьмя пальцами. «Чао, красавчик! Кругом – и марш домой!» (Между прочим, в мой дом…)
В этот момент вернулся Якопо. Армандо подошел было, чтобы его поцеловать, но мальчик напрягся и резко отстранился. Безана издали улыбнулся. И Якопо улыбнулся тоже, залезая в машину к отцу. Его улыбка предназначалась только Марко.
– Я даже доволен, – сказал он. – Хоть посмотрю, где ты живешь.
Безана вздохнул, затаив в груди вспыхнувшую радость.
– Сегодня ты не заслужил моих хором. Давай не будем об этом. Поехали. Пицца?
Якопо вошел в дом отца и огляделся кругом, наморщив лоб. Безана не выносил таких демонстраций разочарования. Он знал, что его квартира небогата и мрачновата, но видеть ее отражение в глазах сына ему было невыносимо.
– Это всего лишь перевалочный пункт, – сказал он.
Якопо не ответил. Он ждал команды с рюкзаком в руках.
– Куда положить рюкзак?
Безана пожал плечами:
– А куда хочешь.
Смутившись, Марко полез в шкаф и принялся перебирать выцветшее постельное белье и застиранные до дыр полотенца.
– Учти, что здесь самый удобный – диван-кровать. На нем иногда спит Пьятти.
– Так, значит, вы сошлись?
– Нет, иначе она спала бы со мной, уж извини. Те, кто решил сойтись, не спят в разных комнатах. Во всяком случае, пока… – рассмеялся он чуть-чуть нервозно.
– Ты меня с ней познакомишь?
– С кем? С Пьятти? Но она моя коллега, только коллега, понял?
– Однако вы все время вместе. Она даже ночует у тебя.
– Это было, когда за ней кто-то постоянно следил. Знаешь, мы тогда здорово испугались.
– Папа, но ты даже говоришь не «я», а «мы».
– А ты думаешь, я не испугался? Когда она похрапывала на диване, мне было спокойнее. Случается, что из-за этих убийц с их фокусами вообще заснуть не удается.
Якопо покачал головой и улыбнулся уголками рта. Потом попросил разрешения пойти на секунду в туалет. Безана показал, где дверь, и застыдился, потому что не успел навести порядок. Ну, он же не ожидал, что у него будет такой гость. Конечно, сын, как и всякий мужчина, знает, чего стоит множество добрых намерений, отложенных на завтра. Может, теперь, когда Марина не кричит и не скандалит из-за каждой мелочи и ему стало наплевать на капельки на крышке унитаза, Якопо это не понравится?
Но Якопо вышел из туалета с сияющей физиономией.
– У тебя еще живет та чашка, которую я привез тебе из Англии!
– Конечно, я держу в ней зубные щетки. Может, там и мало места для пасты, но зато щетки не разъезжаются.
Якопо налил себе воды, взяв пустой стакан с сушилки для посуды, и открыл холодильник так, словно открывал его каждый день. Он двигался как у себя дома, и Безана даже немного растрогался.
– А пицца?
– У нас два варианта: либо выйти в кафе, либо заказать ее на дом.
– Давай лучше закажем. Мне здесь очень нравится.
Набирая номер пиццерии, Безана объяснил, что у него там работает приятель, марокканец, который говорит на неаполитанском диалекте и готовит отменную пиццу.
– И мы ее будем есть прямо из коробки?
– Конечно. Ты что, думаешь, что у меня есть спецтарелки для пиццы?
– Ну, я об этом позабочусь. Как же мне недоставало пиццы в картонке! Армандо такой зануда, просто зло берет. Ему надо, чтобы все было в лучшем виде, вот только он и сам не знает, какой вид лучший.
Безана протянул ему маленькую бутылочку пива, чтобы выпить обязательно из горлышка. Они чокнулись.
– Спасибо, папа.
– Я ничего такого не сделал. Если б тебе захотелось сидеть под арестом, я бы и оставил тебя сидеть.
– Я знаю. Мне очень жаль, папа. Я это сделал только потому, что меня попросили некоторые ребята из группы. Я никому наркоту не продавал. Но ее привезли слишком много, и они боялись держать такое количество при себе. И ее распределили между всеми. Мне просто не хотелось выглядеть трусом.
– Зато теперь выглядишь полным идиотом. Поздравляю.
