- И вот один раз, - начинаю я, но не знаю, как продолжить: все до этого момента было правдой, но что говорить сейчас, я не имею понятия, - один раз…
- Один раз мы пошли на концерт нашей компанией, - подхватывает Луи, спасая меня, - и там я впервые увидел Джен по-настоящему: она была такая живая и веселая, что я не мог перестать на нее смотреть.
И я сразу вспоминаю этот концерт. Это было прошлой зимой, мы ходили на Бруно Марса, и это был один из самых лучших дней в моей жизни: мы праздновали день рождения Наоми на концерте, а потом всю ночь гуляли по Бостону с бутылками ликера в руках, не переставая смеяться ни на секунду.
Его слова заставляют меня слегка улыбнуться. Не знаю, говорит ли он правду или просто выдумывает что-то романтичное из реальной истории, но мне просто приятны эти слова.
- И иногда я думаю о том, что бы было, если бы я не пришел на то свидание в толстовке. – Усмехается Луи.
Я резко поднимаю взгляд на него, услышав эти слова. Луи смотрит на меня, слегка сощурив глаза и сжав губы, будто боится того, что я ему отвечу. Думаю, что же сказать ему. Буду ли я выглядеть полной дурой в глазах Луи потом, когда мы выйдем за порог этой кондитерской, если скажу, что я тоже неоднократно думала об этом, если учесть тот факт, что он может врать сейчас? Да. И потом всю оставшуюся жизнь он будет припоминать мне это, поэтому решаю перевести все в другое русло.
- Он всегда подшучивал надо мной. Один раз склеил мне ноги клеем, пока я спала. – Говорю я женщинам, от чего они ахают.
- Думаю, я просто пытался привлечь твое внимание.
- У тебя получалось, потому что когда ты «случайно» поджег мне прядь волос зажигалкой, я бегала за тобой пятнадцать минут.
- Эй, это действительно было случайно! – Обиженно восклицает Луи.
- Его шутки бывают обидными. – Говорю я, и Томлинсон с серьёзным видом подаётся чуть вперёд. – Иногда я не хочу с ним разговаривать, и он обижается на меня за то, что я обиделась на него. – Он смеется, слегка покачивая головой.
- Мои шутки всегда смешные, просто ты их не понимаешь.
- Ну да, куда же мне, начинающий Крис Рок.
- В какой-то момент я понял, что Джен просто уникальная девушка. Не помню точно, когда это произошло: когда ты была на костюмированной вечеринке в костюме банана, или когда ты била актера квеста, потому что он слишком сильно тебя напугал.
Я смеюсь, вспоминая оба случая, а Луи пристально смотрит на меня так, что я не вижу вокруг ничего, кроме его голубых глаз. Я смотрю прямо в них, и все словно расплывается, и я уже забываю о том, что нас слушают две женщины. Я просто хочу смотреть на Луи, позволяя ему играть в эту маленькую игру.
- В итоге получилось так, что Луи стал единственным человеком, который знает обо мне абсолютно все.
- Абсолютно все? – Он ехидно ухмыляется.
- Да. Каким-то образом ты всегда узнаешь первым о том, что происходит со мной.
- Ну, я люблю быть первым. – Томлинсон играет бровями, и Одри и Тарьяй смущенно смеются.
- Кое-где ты уже опоздал, парень.
- Черт, - он тяжело вздыхает, пряча лицо в ладони, - я-то берегу себя до свадьбы!
Я не знаю, сколько мы смотрим друг на друга: кажется, будто проходит целая вечность, перед тем, как Томлинсон снова начинает говорить:
- Но больше всего мне нравится то, как Джен хочет всем помочь, не требуя ничего взамен. – Лицо Луи выглядит таким нежным с этой полуулыбкой, что у меня не остается сил, чтобы не приподнять уголки своих губ ему в ответ. – Даже если она не хочет, она приходит на помощь. Джен всегда умудряется найти правильные слова.
Мне становится так приятно и тепло на душе от его слов, будто у меня в сердце разлился этот дурацкий фарфоровый чайник с горячим напитком.
- А мне больше всего нравится то, что ты можешь рассмешить меня при любых обстоятельствах, даже когда мне просто ужасно дерьмово.
Слова Луи настолько искренно звучат, что я мечтаю в них поверить.
- Это просто потрясающе! – Восклицает Одри, махая руками перед глазами, чтобы не заплакать.
- Вы прекрасная пара! – Говорит Тарьяй, тепло улыбаясь, и мне в голову снова врываются воспоминания о том, когда все вокруг говорили, что мы с Луи подходим друг другу.
- Спасибо, дамы. – Обворожительно улыбается Луи и переводит тему, слушая истории двух женщин о своей молодости и об их мужьях.
Я все еще смотрю на Томлинсона, отворачиваясь тогда, когда он переводит свой взгляд на меня, и пытаюсь понять, чем же был этот разговор: правдой или маленькой ложью, чтобы нас не попросили уйти из этой кондитерской.
Могло ли бы это быть похожим на правду? Не знаю. Луи сказал столько мелочей, о которых я даже не помнила, столько слов, которых я раньше от него не слышала, поэтому и не имею понятия, как реагировать. Весь этот разговор выбил меня из равновесия, и одна мысль быстро промелькнула в голове, эхом отдаваясь в сознании: могла ли я когда-нибудь нравиться Луи Томлинсону по-настоящему?
