В моей голове полный бардак: я пытаюсь определиться в своих чувствах к Луи, и в этом мне мешает кое-что очень важное. Если я признаюсь ему в том, что возможно, наверное, с вероятностью семьдесят процентов он мне нравится, как он будет вести себя со мной потом, если не ответит взаимностью? И я знаю, как: это будут бесконечные подколы и постоянное упоминание о том, что я втрескалась в лучшего друга своего старшего брата, и тогда моя жизнь превратится в настоящий кошмар. Может, я просто привыкла к Луи? Или это симпатия? То, что он сказал в кондитерской, было правдой? И если да, почему весь наш диалог вылился в огромную ссору?
И я уверена, что если я спрошу что-то у Лиама, я отвечу на свои вопросы. Только что же мне спросить?
Брат закатывает глаза и хмыкает, будто разговаривает с самым тупым существом на свете, доказывая ему, что Земля круглая.
- Очевидно, что Луи хотел пойти на свадьбу с тобой.
От этого заявления мне хочется запустить петарду и устроить парад диснеевских принцесс, настолько мне приятно это слышать. Но ровно через секунду я останавливаю себя от беспочвенной радости и вспоминаю все, что наговорил мне Луи в нашу последнюю нормальную встречу (если ее вообще можно считать нормальной).
- С чего ты так решил? – Понимаю, что самое лучшее в данной ситуации – это прикинуться дурочкой.
- Брось, Джен. Всем ясно, что между вами всегда была симпатия. Просто я устал говорить вам это, в конце концов, это ваша жизнь. Ведете себя, как два барана, пытаетесь что-то друг другу доказать, хотя сами не понимаете, что.
- Так значит, Луи не говорил тебе лично, что хочет пойти со мной?
- Нет, - протягивает Лиам, и я ухожу дальше от него, - но я уверен в этом. – Брат догоняет меня, и мы идем рядом. – Думаешь, он просто так спросил, пригласила ли ты того блонди или нет.
- Его зовут Найл. – Зло бросаю я. – И если бы Томлинсон хотел, он бы сказал об этом.
- Лиам, подойди на секунду! – Раздается звонкий голос Наоми откуда-то позади, и Ли опускает плечи, опуская голову назад.
- Прости, наверное, нужно решить, какими камнями нужно посыпать дорожки. – Я усмехаюсь и смотрю на то, как Лиам бежит к лужайке перед клубом.
Я иду дальше по тропинке, обходя коттедж, и оказываюсь на заднем дворе. Как и положено, тут есть огромная лестница на летнюю веранду, украшенная статуями ангелов с двух сторон. Классика роскошных домов.
Запрыгиваю на холодный парапет и думаю о том, что сказал Лиам. После пятнадцати минут истязания себя вопросами в духе «что, если?», я осознаю, что мне срочно нужны ответы. И единственным решением, как их получить, является разговор. Черт возьми, мне двадцать четыре года, я в состоянии поговорить с парнем, чтобы расставить все точки и внести ясность в свою голову.
Решительно спрыгиваю с парапета, оттолкнувшись от него руками, но чувствую, как задеваю статую, и она отъезжает в сторону. В ужасе поворачиваю голову и вижу, что половина ангела уже висит в воздухе, еще секунда, и она упадет, расколовшись на мелкие кусочки. Быстро подбегаю к концу парапета и хватаю этого долбаного ангела со стрелами, пытаясь его удержать. Этот уродливый купидон оказывается настолько тяжелым, что я не могу ни опустить его на землю, ни поставить обратно.
И вот, вторую минуту я стою с мраморным голым ангелом на руках, отклячив все свои конечности в разные стороны, лишь бы удержать его.
- У тебя фетиш новый что ли?
И, конечно, по классике жанра, сзади я слышу голос Томлинсона, который каждый раз появляется тогда, когда я лажаю. Но сейчас я рада его появлению, потому что абсолютно не хочу платить деньги за разбившегося ангела.
- Умоляю, помоги мне поставить его обратно. – Еле-еле произношу я.
- И что мне за это будет? – Игриво спрашивает Луи, облокачиваясь спиной о высокий парапет.
- Я не убью тебя! – Не выдерживаю я, на что Томлинсон лишь медленно достает телефон из заднего кармана джинсов, и через секунду я слышу звук сделанной фотографии.
- Прости, не могу удержаться. Когда-нибудь я открою выставку с твоими снимками. Название будет провокационное, что-то вроде «Фотопособие о том, как не надо жить».
- Просто помоги мне поставить этот чертов камень!
Луи еще раз усмехается, но все же подходит ко мне, хватая статую за низ.
- Ты можешь перехватиться? Я не могу так поднять его. – Ворчит он.
Я заглядываю за мраморное плечо купидона и понимаю, что самое ближайшее место, за которое я могу перехватить статую, это… ее детородный орган.
- Я не буду трогать купидона за член. – Жестко говорю я, чувствую, как руки немеют.
- Уж тем более лапать его не буду я.
- Давай попробуем поставить так, раз никто из нас не хочет трогать колбаску купидона.
Через смех Томлинсон соглашается, но у нас ничего не выходит. Руки перестают меня слушаться, я понимаю, что статуя выскальзывает из пальцев, и непроизвольно я перехватываю ее, беря прямо за… ну конечно, прямо за ангельский член.
- Я знал, что тебе захочется потрогать. – Говорит Луи. – Могла бы не стесняться, я знаю все твои тайные желания.
