- Ты достал меня! Мы пойдём на ужин вместе, как пара!
Блокирую телефон и кидаю его на диван, попадая в ногу Луи. Он смеётся, но сразу же вскрикивает, театрально хватается за ногу, изображая раненое животное, будто он играет какую-нибудь антилопу в дешёвой постановке “Короля Льва” на Бродвее.
- Ты сломала мне ногу, Дженнифер Пейн!
- У тебя болевой порог как у двухлетнего ребёнка. - Закатываю глаза я. Его беспечность точно когда-нибудь меня доведёт.
- Я просто очень чувствительная натура.
- Нет, ты просто нытик.
Луи моментально вскакивает с дивана. Его ноги путаются в желтом одеяле, и он идёт в мою сторону, спотыкаясь. Подходит ко мне и всем своим телом прижимает меня к столешнице, расставляя руки по обе стороны от меня.
- Значит, как пара, да? - Ехидно улыбается Томлинсон. - Наконец-то тебе хватило смелости признать, что мы вместе. Ждал этого три недели и, - Томлинсон смотрит на часы, - девять часов.
Я удивлённо смотрю на его лицо, которое находится в нескольких сантиметрах от моего. Рука Луи ложится на мою талию, и по телу пробегают маленькие разряды тока. Наверное, я никогда к этому не привыкну, и прикосновения Луи будут действовать на меня таким образом всегда.
- Почему ты сам не завёл разговор на эту тему? - Робко спрашиваю я.
Луи громко выдыхает и улыбается, слегка покачивая головой, прежде чем начать говорить:
- Хочу напомнить, что я знаю тебя уже шесть лет, Пейн. - Усмехается Луи. - И я знаю, что когда парень признаётся тебе в любви, ты обычно убегаешь от него. Ты боишься признаваться в чувствах, привязываться, находиться в серьёзных отношениях. Я ждал, пока ты скажешь мне что-то подобное первой, потому что так ты переборола бы свой страх. Плюс, не хочу быть тем, от кого убегают. Было бы неловко, учитывая всю нашу ситуацию.
Я настолько поражена, что не могу вымолвить ни слова. Все это время, пока я ждала признания Томлинсона, он тоже ждал моего. Разница лишь в том, что я ждала для того, чтобы быть уверенной в Луи, в наших отношениях, боялась быть отвергнутой, а Томлинсон молчал, потому что… он не хотел давить на меня, хотел, чтобы я сама определилась, что мне нужно, и в первый раз в жизни не убегала от серьёзных отношений, а сделала им шаг навстречу.
Интересно, насколько отношения с Томлинсоном можно считать серьёзными, учитывая его чувство юмора и мое игнорирование проблем?
Удивлённое выражение лица моментально сменяется на мягкую улыбку, и я аккуратно провожу пальцами по щеке Луи. Он целует мою ладонь, а затем наклоняется ещё ближе ко мне, стирая последние сантиметры.
- Оказывается, ты можешь быть романтичным. - Говорю я с усмешкой.
- А ты занозой в заднице. Но это не новость.
Я смеюсь, и в голове проносится мысль, что мы вот такие - даже самый милый момент, будто списанный из голливудского ромкома, где главные герои полураздетые стоят на кухне в удушающей близости, мы испортим сарказмом, усмешками и шутками. Но это наша романтика. Такое вот у нас кино.
Каждой клеточкой своего тела я ощущаю, что это самый подходящий момент сказать Луи о своих чувствах. Он ждал, пока я признаюсь ему первой, и я не должна его разочаровать. Я не должна больше бояться, потому что с Луи мне не страшно ничего.
- Томлинсон, - серьёзно начинаю я, и Луи немного отстраняется, чтобы заглянуть мне в глаза. Его скулы напрягаются, брови хмурятся. Он не до конца понимает, что же в итоге я скажу ему - это видно по лёгкой тени сомнения на его лице, - ты из моей головы не выходишь с того момента, когда я увидела тебя в той ужасной толстовке, которую ты надел для нашего псевдосвидания.
- Толстовка была просто охренительная! - Обиженно восклицает он.
- Не перебывай, мне и так тяжело собраться с мыслями, потому что ты так на меня смотришь всегда, что я теряюсь. - Взгляд Луи смягчается, и на лице появляется улыбка, которая заставляет меня говорить дальше. Теперь она заставляет меня делать абсолютно все. - Ты прав, меня пугает все серьёзное. Хорошая работа, ответственность за что-то, отношения, выбор продуктов в супермаркете. - Слышу тихий смешок Луи. - Я думала над этим и поняла, чтобы избавиться от этого необоснованного страха мне нужно просто стараться ради кого-то, и я хочу стараться ради тебя, Луи. Я хочу делать все самые серьёзные вещи в мире ради тебя. За исключением походов в магазин, я постоянно теряюсь между прилавками.
Я на выдохе произношу все, о чем думала в последнее время, и закрываю глаза. Гора невысказанных чувств падает с моих плеч, и я кажусь себе настолько лёгкой, будто я вешу не больше пухового пёрышка. И в данную минуту я мысленно благодарю Луи за то, что он заставил меня это сделать. О чувствах надо говорить, не нужно их скрывать, подавлять, и уж тем более избегать. И кто бы мог подумать, что этому меня научит Луи Томлинсон - лучший друг моего брата, который постоянно подшучивал и доставал меня. Человек, с которым я испытала абсолютно весь спектр эмоций - от отвращения до неприязни, от понимания до осуждения, от симпатии до влюбленности. От влюблённости до…
