Сильные руки мужчины подхватывают меня за ягодицы, мои ноги обвивают торс брюнета, руки обвивает шею. Чувствую сильные и нежные объятия Дана на талии. Поднимаемся на второй этаж. Оказываемся на кровати, стягиваю футболку с мужчины, летит в другой конец комнаты, не замечаю, как оказываюсь лишь в нижнем белье. Тянусь за поцелуем, и тут же его получаю. Наши глаза горят горячей страстью. Губы Дана оставляют следы в районе шеи и ключицы, опускается ниже. Утыкается в ложбинку между грудями исследует ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало во мне жгучие волны возбуждения.
Дальше всё как в тумане, мои руки, что обвивали шею мужчины, ногти, что впивались в кожу брюнета, громкие стоны, волны удовольствия и страсти…
Улыбаюсь своим воспоминаем и прикрываю глаза рукой. Слышу, но даже скорее чувствую, что в комнате уже не одна.
— Доброе утро! — слышу хриплый баритон.
— Доброе! — открываю глаза, и смотрю на мужчину, что стоит в футболке чёрного цвета и такого же цвета спортивных штанах, облокотившись на косяк. Мне почему-то показалось, что в его глазах есть какая-то нерешительность, что ли. Меня это немного напугало, а вдруг он пришёл сказать, что между нами нечего не может быть.
— Как спалось? — появляется ухмылка, кажется, что мне начинает она нравится. На этот вопрос на моих щеках вспыхивает румянец, вижу как смеются его глаза. — Я предупредил водителя, что бы он сегодня отвёз тебя в Киеве. — по телу пробегает стадо неприятных мурашек.
— Хочешь, по скорее от меня избавится? — спрашиваю холодным, обиженным голос и отворачиваюсь к окну.
— Ну почему ты такая дурочка? — мужчина преодолевает между нами расстояние за считаные секунды, опускается передо мной на колени, берёт нежно за подбородок, и поворачивает мою голову, что бы видеть глаза. Звонил Паша — начинает Дан, а я закатываю глаза и перебиваю.
— Что хотела эта истеричка? — мужчина смеётся.
— Требует, что бы ты сегодня же была в Киеве, потому что завтра у тебя эфир Танцев. — вспоминаю, что завтра воскресенье и немного расстраиваясь, не хочу уезжать и оставлять его здесь одного.
— Да, точно. — слабо улыбаюсь. Смотрю, в его глаза, карие омуты наполнены нежностью, провожу рукой по скуле брюнета. Мужчина прикладывает мою руку к губам и оставляет небольшие поцелуи. — А ты… — не уверена, что могу просить его поехать с собой в Киев, может он хочет остаться здесь без меня. — ты ещё остаёшься? — хочу спросить безразличным голосом, но сама слышу, что голос получился надломленным и расстроенным.
— Ещё вчера, действительно, думал здесь остаться. А сейчас, как ты захочешь, тем более не хочу тебе навязывать своё общество. — грустно улыбается.
— Дурбецало, я хочу быть в твоём обществе всё время. — тянусь к нему, руками обвиваю его шею. И опускаюсь рядом с ним на пол. Прижимает меня к себе ещё сильнее.
— Как же я люблю тебя, Кароль! — тихо шепчет на ухо, и оставлят поцелуй. Невероятное тепло расплывается по всему телу, в животе порхают бабочки, хочется кричать от радости. Раньше никто из нас не говорил друг другу «люблю».
— А я люблю тебя! — в ответ шепчу, и оставляю поцелуй на шее мужчины. Слова сказаны тихо, но они только наши, слишком личные, слишком родные, слишком дорогие сердцу.
На часах 13:00, лежим вместе на кровати в обнимку, смотрим на великолепный пейзаж, что открывается с панорамных окон спальни. Этот вид на лес завораживает, сейчас листья деревьев так красивы, ведь переодеты уже в настоящую гамму осени: красные, жёлтый, оранжевые, но иногда встречаются ещё зелёные листочки. Они так прекрасны, ведь в такую пору года, всегда готовишься к холодному, мерзкому ноябрю и скорой холодной, морозной и, в надежде, белоснежной зимы, но такие яркие деревья как сейчас согревают своими цветами.
— Малышка, не хочу разрывать наши объятия, ещё больше не хочу отпускать тебя, но пора уже собираться. — проговаривает Балан в районе макушки, а я недовольно подкатываю глаза.
— Не хочу в Киев, там снова все эти сплетни, шум, гам, а здесь так спокойно рядом с тобой. — сильне прижимаюсь к любимому телу.
— Как я тебя понимаю. — целует в волосы, так хорошо. Ну вот, как я могу уехать, оставив его здесь?
— Прости, за мою наглость. — начинаю выводить узоры на его груди. — А ты не хочешь поехать со мной?
— Ого, сама Тина Кароль меня, обычного смертного, зовёт поехать в Киев. — ехидничает.
— Не остроумничай. — недовольно протягиваю. — И вообще, какой же ты смертный, ведь ты Дракула? — смеюсь и привстаю, что бы посмотреть на любимое лицо.
— Да нет, — серьёзно начинает Дан с лёгкой улыбкой. — давно уже не Дракула, а твой смертный. — казалось бы это обычная шутка, но так важно для меня из его уст в мой адрес слышать «твой». — Конечно, я поеду с тобой. — легонько поправляет мою прядь за ухо. Тянусь к родным и таким манящим устам за поцелуем.