Майкл Джон Гаррисон – британский писатель-фантаст, умеющий гармонично соединять фантасмагорические картины, хореографически отточенное действие и глубокий психологизм. Его трилогию, начатую неподражаемым «Светом», продолжает столь же прихотливая и многогранная «Нова Свинг».Через несколько лет после судьбоносного путешествия Эда Читайца к Тракту Кефаучи Гало стало туристическим маршрутом, а Тракт начал расширяться и изменяться, задевая своими областями Землю и создавая Зоны, где Вселенная решила отдохнуть от законов физики. Оттуда просачиваются загадочные артефакты и организмы, сбегают живые алгоритмы, способные спровоцировать непредсказуемые изменения. Для предотвращения этих бедствий существует Полиция Зоны, противостоящая авантюристам и так называемым «турагентам», которые могут управлять – или думают, что могут, – искаженной физикой, перекошенной географией и психическими атаками Зоны. И однажды загадочный и в лучшем случае лишь наполовину биологический феномен находит лазейку в нормальный мир.
Дальше в Зону, ближе к небу.
Ностальгия и научная фантастика пугающе близки.
Наши жизни больше похожи на осколочные сны, чем на осознанное принятие себя.
M. John Harrison
NOVA SWING
Copyright © 2007 by M. John Harrison
First published by Gollancz, London
All rights reserved
© К. Фальков, перевод, 2015
© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015
Издательство АЗБУКА®
Гаррисон отправился не только к внешним границам пространства и времени, но и раздвинул границы литературной формы. Читатели, взыскующие экстрамногомерной прозы, вполне насладятся орбитой «Новы Свинг». Но и те, кто пожелает традиционной космической оперы, смогут найти свое течение.
Шершавая, нуарная атмосфера, элементы космической оперы и впечатляющие моменты взрывного экшена. Это увлекательное и глубокое произведение, чтобы удовлетворить вкус думающего читателя.
Гаррисон позволяет атмосфере превалировать над сюжетом, своим изумительно красивым повествованием и незавершенными диалогами обрамляя тоску обитателей Саудади, ищущих странного. Триповый стиль Гаррисона обращен к взыскательному читателю, который ценит работы Чайны Мьевилля и Джеффа Вандермеера.
Чудо… Гаррисон демонстрирует расширение спектра восприятия.
Вик Серотонин сидел в баре на Стрэйнт-стрит, совсем рядом с ореолом, окружавшим Зону Явления в Саудади,[1] и вел разговор с толстяком-инопланетником, который представился как Антуан. Они всю ночь напролет бросали кости. Дело шло к рассвету, и коричневый свет, одновременно тусклый и как бы отполированный, сочился внутрь заведения, соперничая с уличными фонарями.
– Я там никогда не бывал, – признался толстяк, имея в виду Зону Явления, – но я думаю, что…
– Если ты щас собрался какую-то лапшу мне на уши вешать, Антуан, – посоветовал ему Серотонин, – даже не начинай, я тя прошу.
У толстяка сделался оскорбленный вид.
– Давай еще пропустим стаканчик, – предложил Вик.
Бар располагался примерно посередине Стрэйнт – узкой замусоренной улицы двухэтажных зданий, две трети которых стояли с выбитыми и заколоченными окнами. Как и все улицы в этом районе Саудади, Стрэйнт изобиловала бродячими котами, особенно на рассвете и закате, когда животные сновали туда-сюда между городом и Зоной. Бар, словно подчеркивая это, назывался «Белая кошка, черный кот». Оцинкованная барная стойка была высоковата. Шеренги бутылок содержали жидкости странных оттенков. Несколько столиков. Длинное окно быстро запотело, но никто, кроме Антуана, не обратил на это внимания. Поутру в баре основательно подванивало чесноком. Иногда также плесенью, отчего казалось, будто какая-то тварь, прокравшись из озаренного ореолом Зоны мрака и сделав несколько безуспешных попыток продышаться воздухом бара, издохла тут же под угловым столиком. Высоко под потолком и вдоль стен плели паутину теневые операторы. Заняться им было особо нечем.
