Она бледна как привидение. У нее золотые волосы и странно красивое лицо. Кажется, она нуждается в нем так же, как и он — в ней. Кори Брукс мечтает о поцелуях Анны Корвин, тонет в ее светлых голубых глазах. Он не может выбросить ее из своей головы. И это осложняет его жизнь — лучший гимнаст Тенистой Долины теряет сон, пропускает тренировки и вообще ведет себя странно. Все ребята заметили это, но только подруга Кори Лиза знает правду: Анна Корвин мертва и живет на улице Страха. Теперь Кори должен распутать эту мрачную историю и докопаться до правды. Он уже получил предупреждение: придешь на улицу Страха — и умрешь!
Прощай, Анна!
Прощай!
Вот она лежит, съежившись. Платье помято и испачкано.
А ведь ей бы это совсем не понравилось. Анна всегда была такая аккуратная — ей бы не понравилась кровь — темная, спекшаяся кровь.
Ты всегда была само совершенство, Анна. Такая яркая, сияющая — как звездочка, как солнце, всходящее каждый день.
«Мой бриллиант», — называла тебя мама.
А я? Кем же была я? Ты — маленькая мисс Совершенство, а я?
Ну, теперь ты точно совершенна. Ты совершенно мертвая — ха-ха-ха.
Я не должна смеяться, но это оказалось так легко.
Даже и не думала никогда, что это будет так легко. А я ведь так часто об этом мечтала. Мечтала и желала этого — и даже чувствовала себя виноватой.
Но никогда не думала, что это будет так легко.
Один удар, и ты падаешь.
Посмотри на себя — мешок с костями. Ты повержена — абсолютно повержена.
Слышу, как открывается парадная дверь. Они возвращаются. Я начинаю плакать.
В конце концов, это ведь ужасная трагедия.
Теперь я должна оплакивать тебя. И надо скорее бежать вниз, чтобы сказать им:
Анна умерла, мама! Скорее иди сюда! Это ужасно, но Анна мертва!
Кори Брукс впервые увидел новенькую в столовой, стоя на голове.
На самом деле он стоял на голове и одной руке, в другой руке удерживая поднос с едой. Стильные черные ботинки находились как раз там, где должна была быть его голова.
За несколько секунд до этого лучший друг Кори по гимнастической школе Тенистой Долины Дэвид Мэткалф, смельчак и сорвиголова, сказал, что он ни за что не выполнит этот трюк.
— Да слушай, это ерунда, — покачал головой Кори, который никогда не упускал возможности поставить приятеля на место. Поколебавшись всего мгновение, он провел рукой по вьющимся черным волосам и осмотрел большую, набитую людьми комнату, чтобы убедиться, что учителя его не увидят. Потом перекувырнулся в воздухе, приземлился и удержался на голове и одной руке, да так, что поднос даже не дрогнул.
Теперь Дэвид аплодировал и восторженно свистел, сидя за ближайшим столиком вместе с другими одобрительно смеющимися зрителями.
— А теперь вообще без рук! — воскликнул он.
— Правда, правда, давай! — подхватил Арни Тобин, тоже член команды.
— И без головы! — добавил еще один шутник, заливаясь хохотом.
Кори меж тем начал испытывать определенные неудобства. Он чувствовал легкое головокружение, так как кровь прилила к голове, которая к тому же начала болеть от давления — ведь пол был мощен плиткой.
— Пари держу, ты свой обед так и съешь! — воскликнул Дэвид который всегда подбивал Кори на новые подвиги.
— А что на десерт? Торт «С ног на голову»? — спросила ученица, стоявшая у окна. Несколько ребят возмущенно зашумели — шутка показалась им неудачной.
— Кори! Отлично! Молодец! — раздавалось со всех концов зала.
Внезапно шум перекрыл обеспокоенный голос, похожий на учительский:
— Что происходит?
Шутки, громкие возгласы и смех — все смолкло. И в этот момент в поле зрения Кори появилась новенькая. Очень бледная, светловолосая, красивая, она словно светилась изнутри. Сначала Кори подумал, что ему явилось видение!
Девочка шла к выходу из столовой. Кори еле успел окинуть ее взглядом. Внезапно она остановилась и посмотрела на него своими небесно-голубыми глазами. Их взгляды встретились. Заметила ли, что он тоже смотрит на нее? Улыбается или хмурится? В его позе было трудно это понять. Вдруг незнакомка покачала головой, словно специально разрывая протянувшуюся между ними нить взглядов, и исчезла из виду.
Эти глаза.
«Кто она? — думал Кори. — Такая необыкновенная!»
Отвлекшись на прекрасное создание, он совершенно забыл о том, что равновесие — вещь очень хрупкая. Сначала упал поднос, а потом и сам Кори свалился лицом прямо в еду. Ноги широко развело, и мальчик больно ударился об пол грудью.
Комната взорвалась смехом и саркастическими аплодисментами.
— Еще раз! Еще! — гремел голос Арни Тобина, который мог перекричать кого угодно.
Дэвид поспешил к другу и помог подняться.
— Еще какие будут предложения? — простонал Кори, вытаскивая из волос спагетти в томатном соусе.
— В следующий раз возьми просто сэндвич, — рассмеялся Дэвид. У него были рыжие, морковного цвета волосы и веснушки по всему лицу. Смех его был очень высоким, отрывистым; когда Дэвид издавал такие звуки, собаки делали стойку, думая, что это лиса.
Кори вытер лицо футболкой. Подняв глаза, он обнаружил, что перед ним стоит миссис МакРиди, директор столовой. Она молча покачала головой.
— Извините, — сказал Кори, чувствуя себя полным идиотом.
— Что именно извинить? — строго спросила женщина. Кори улыбнулся. К счастью, у миссис МакРиди было хорошее чувство юмора.
— Это была идея Арни, — сказал Дэвид, показывая на приятеля, сосредоточенно поглощавшего печенье, засовывая его по три штуки в рот.
— Я не думаю, что в голову Арни когда бы то ни было приходили идеи, — откликнулась миссис МакРиди с невозмути мым выражением лица. Подмигнув Кори, она удалилась.
Все еще вытряхивая из волос макароны, Кори нагнулся, чтобы подобрать поднос.
— Слушай, Дэвид, а кто была эта девушка?
— Какая девушка?
