Я старалась радоваться замене, старалась разделить энтузиазм, с которым Мэгги узнавала о том, как прекрасна может быть жизнь в этой новой роли, старалась вместе с ней вновь испытать тот восторг, который испытывала давным-давно, только заняв пост фешен-редактора. Но видела перед собой лишь бьющую ключом энергию и фонтан идей, отсутствующих у меня, талию, оставшуюся для меня в прошлом, светскую жизнь, брошенную мною с удовольствием, и популярность, завоеванную женщиной, занявшей мое место.

Я наблюдала за тем, с каким желанием Мэгги и другие члены команды брались за дело, и для этого им вовсе не требовалось мое присутствие. И вдруг посреди всего этого беспокойства — тем более острого, что новенькая со светящимися глазами и свежей кожей посажена в мое кресло мною самой, — наступил наконец тот момент, когда сердцебиение живущего во мне существа гораздо важнее всех самых тревожных и параноидальных мыслей.

Я не заметила, что Мэгги отсутствует, когда все собрались вокруг моего стола, чтобы разрезать традиционный потешный торт-полено, оформленный в виде гусеницы, которым отмечались все важные моменты в жизни «От». Сделанная из белого шоколада офигевшая физиономия гусеницы всегда доставалась Мофф: та обычно нюхала ее, отщипывала маленький кусочек и отставляла в сторону.

Сейчас главный редактор держала в руках бутылку просекко и наполняла пластиковые стаканчики, которые потом передавались стоявшим вокруг.

Не могу поверить, что ей сошло с рук то, что она назвала тебя Мофф.

Я думала о тех днях, что провела вместе с главным редактором, об обедах на двоих в Милане и Париже. Мне ни разу даже в голову не пришло попытаться разрушить ледяную стену, за которой Эмили Моффатт скрывалась от любопытных взглядов даже тех людей, кого любила.

И вот совсем недавно она попотчевала весь офис рассказом об оплошности Мэгги, поспешив сопроводить рассказ ласковым смехом, в то время как покрасневшая новенькая купалась в волнах всеобщего внимания.

Ты бы распяла меня перед этими роскошными женщинами. Издевалась бы надо мной, сделала бы из меня посмешище, а не смеялась бы заговорщицким смехом.

«Хватит об этом».

Это у меня в голове прозвучало мудрое предостережение Винни, и, отбросив все свои горькие мысли, я вновь стала слушать, о чем говорит начальница.

— Как мы будем жить без тебя, Марго? Ты так давно с нами, что иногда мне кажется, что ты пришла сюда, когда двадцать лет было мне, а не тебе… — Вокруг послышалось уважительное хихиканье. — Спасибо за всю ту нелегкую работу, которую ты здесь выполняла — видит Бог, то, что тебе предстоит, будет гораздо тяжелее. Постарайся не забывать, что значит высыпаться по ночам, договорились?

Мофф наполнила свой пластиковый стаканчик и подняла его вверх.

— А теперь трижды: гип-гип-ура! Пожелаем Марго всего самого хорошего. Думаю, вы все согласитесь со мной, что она станет самой лучшей, очень организованной и очень аккуратной мамой. За Марго, хотя она и не пьет вместе с нами. Гип-гип…

Но ее «ура» потонуло в шорохе одежды и шепоте, начавшихся у входной двери и со скоростью цунами распространившихся по всей комнате. Где-то в эпицентре этого шума светловолосая женщина размахивала руками, пытаясь всех успокоить и заставить дослушать тост, но слишком поздно.

В редакциях модных журналов любое изменение во внешности, даже самое незначительное, — всегда событие. Все женщины, как мотыльки на свет лампы, слетаются, чтобы изучить и похвалить его. А это достойное Голливуда преображение превратилось в настоящую сенсацию.

Прическа. Прямая стрижка до плеч сменила длинные вьющиеся локоны. Вместо каштановых волосы стали дорогого медово-карамельного цвета.

Она была у моей парикмахерши!

— Мэгги, выглядите изумительно! — произнесла Эмили Моффатт, так и не опустив свой стаканчик. Остальные согласно закивали.

* * *

— Ну хорошо, она действительно немного похожа на тебя, — согласился Ник. Он рассматривал селфи, размещенное Мэгги в Инстаграме днем, вероятно, по дороге в офис.

Пришла, чтобы никто даже не заметил, что я ухожу.

— Немного? — Я была взбешена. Это очевидная попытка лишить меня внимания, на которое я рассчитывала в свой последний день в офисе, — не говоря уже о том, что успешная. Все сделано в жутковатой стилистике «Одинокой белой женщины»[16], как и покупка расшитых балеток, похожих на мои. Я готова не обращать внимание на пару обуви, но полное изменение имиджа, приуроченное к моей прощальной вечеринке, вряд ли могло быть случайным.

Перейти на страницу:

Все книги серии Tok. Блестящий триллер

Похожие книги