— Есть. Но пока что я не могу собрать доказательств. К тому же, этот новус умеет идеально маскироваться — даже Баастары, следящие за чистотой Песни, не могут его обнаружить. Это означает, что его разум чист, и ловить его следует именно на намереньях или же действиях.
— Так… и я тебе зачем? — Ассур только сейчас заметил, каким взглядом смотрит на него Аркания, и смущённо поджал уши, попытавшись отстраниться от лица Ирши, но та тут же схватила его шею, с удивительной, для такой хрупкой девушки, силой притянув к себе.
— Ты — ноосенс, ты не состоишь в Хоре, и твой спектр, если его замаскировать, нельзя будет обнаружить другому Истоку. Давай заключим сделку — ты поможешь мне отыскать «Тёмного» в наших рядах, а я помогу тебе… с чем пожелаешь.
— Вот как?
— Поверь, многие бы хотели сейчас оказаться на твоём месте и услышать эти слова. Соланис Оперетты, высший Вокс, не приказывает, а просит о договоре, притом взаимовыгодном. Делать тебе ничего особо и не нужно, но если всё получится, то от этого выиграют все, а ты и вовсе получишь двойную ставку.
— Как мне это сделать? — горячее дыхание Соланис и её тело, прильнувшее к нему, заставило его рассудок помутнеть.
— Ты согласен? — она прикусила губу, внимательно глядя в глаза. Насыщенно-синие радужки довольно заметно светились в темноте, и Ассуру показалось, что их свет оплетает его, равно как красное сияние проникает вглубь этих прекрасных глаз, создавая искру. Белая кожа светилась изнутри, маня неаревирским светом и нежностью.
— Да…
— Тогда жди, — Ирша резко отстранилась, с достоинством взглянув сначала на его растерянное лицо, а потом на Арканию, закрывшую глаза и отвернувшуюся. На нот было жалко смотреть, но она всё равно осталась, хотя Ассур давно утратил над ней надзор, — я сообщу тебе, когда всё будет готово. Учти, то, что мы собираемся делать, рискованно. Но это того стоит. Благодарю за эту чудесную ночь. Надеюсь, не стоит говорить о том, что то, что мы с тобой задумали — тайна? — она широко улыбнулась, по-змеиному едва высунув кончик языка. — И ещё… мне было очень приятно провести с тобой время.
— Мы возвращаемся в Шпиль? — он с полуулыбкой смотрел, как она поднимается, расправляя слегка помятую тунику.
— Уверена, тебе стоит ещё немного побыть на свежем воздухе, — Ирша многозначительно стрельнула глазами в сторону Аркании, с ненавистью смотрящей на неё исподлобья, — я вернусь одна. До встречи, Ассур… и Аркания, — она медленно склонила голову, без всякого страха глядя в бирюзовые глаза, а после ловко спрыгнула на сухую землю и не спеша пошла в сторону дороги парка.
Ассур хотел включить лампу над столом, но передумал, задумчиво глядя на точку перед собой. «Очень плохо, если опасения Ирши небезосновательны, — он протяжно вздохнул, постучав пальцами по поверхности стола, — «Тёмный» ноосенс такой силы может натворить очень много зла. Уж нам ли не знать этого…» Тепло её тела всё ещё оставалось на ладонях. Он невольно усмехнулся, вспомнив синие, как океан, глаза. И это стало последней каплей для Аркании. Она не слушала о чём они говорили. Ей было достаточно того, что они сидели рядом.
— Ксенофил! — прошипела нот, с отвращением глядя на встрепенувшегося Ассура. — Грязный озабоченный мужлан!
— Я не… — он рассеяно нахмурился, не понимая причины такого негатива. — О чём ты?
— О чём я?! — она резко вскочила, нависнув над столом. — И месяца не прошло, как эта новус прилетела сюда, а ты уже готов залезть ей под тунику!
— Прекрати!
— Теперь я вижу, что все твои слова об изменении, перемен к лучшему и смирении с прошлым — всего лишь фарс! Ты готов сделать для этой белолицей шлюхи всё что угодно по щелчку её пальцев!..
— Я сказал: хватит! — он тоже поднялся, чувствуя, как закипает ярость.
— Зачем ты вытащил меня сюда? — она сжала кулаки, готовясь к броску. Даже памятуя о правиле не причинять другим вреда, Аркания была готова убить этого анимагена на месте и прямо сейчас. — Чтобы я посмотрела, как вы целуетесь? Вам требовалась оценочная комиссия для этого дела или жюри с циферблатом? Я думала, ты хочешь погулять только… — она вдруг замолчала, отвернувшись, словно едва не проговорилась, но он уже уловил мысль.
— Погулять… только с тобой? — несколько удивлённо переспросил Ассур.
Нависло неловкое молчание. Вся ярость Аркании как-то улетучилась, а выражение лица стало жалобным, правда, ненадолго. Она медленно села и закрылась рукой. «Нет, не может быть, — на душе стало так погано, что не хотелось слышать даже саму себя, — что ты натворил, душелов? Что ты со мной сделал?..» Не лучше чувствовал себя и Ассур, только сейчас осознав, что в какое положение поставил и себя и Арканию. А ведь она действительно стала ему подругой, с которой он уже прошёл очень многое. И насколько же сильно сблизили их невзгоды, что он действительно волновался о ней и её мнении.
— Прости меня, — он также сел обратно, не зная, куда деть взгляд, — я даже не подумал…
