Хотя в Стране Чудес утро, в мире людей ночь. Надев симулякровые костюмы, мои родители первыми проходят в портал. Им нужно заглянуть домой, чтобы взять папину рабочую форму и больничный халат, который припрятала мама. Халат предназначается для меня. Чтобы план не сорвался, мы все должны надеть то, в чем нас видели в последний раз. Потом мама с папой отправятся в «Подземье» и подготовят сцену для нашего торжественного выхода.
Джеб берет меня за руку и помогает удержать равновесие, когда мы, вместе с Кролликом, проходим сквозь высокое зеркало, которое висит на двери спальни Дженары. Оно закрывается, превращаясь в обычное стекло, и напоследок я вижу, как Королева Слоновой Кости и Финли машут нам на прощанье.
Прежде чем пройти через портал, мы убедились, что Дженары в комнате нет. Будем сообщать ей новости постепенно. Для начала хватит и того, что она увидит нас живыми и невредимыми.
Когда она с этим освоится, я покажу подруге свои волшебные черты и способности. Кроллик служит страховкой на тот случай, если, помимо моих крыльев, Дженаре понадобятся иные доказательства, чтобы поверить, что Страна Чудес существует на самом деле.
Я убираю подвеску с ключом. Белые и розовые вертикальные полосы на стенах комнаты отливают серебром в лунном свете, который пробивается сквозь прозрачные занавески на сводчатом окне. На потолке тянутся черные цветочные гирлянды – великолепные тени, которые Джеб опытной рукой нарисовал несколько лет назад. Роспись, достойная художественного музея.
Я замечаю, как Джеб смотрит вверх. Потом он стискивает зубы и отворачивается – с таким грустным видом, что в моей груди стягивается узел.
– Джеб, – говорю я и обнимаю его, прижавшись к широкому плечу. – Ты что-нибудь придумаешь. Я знаю… ты еще очень многое можешь показать миру.
Он напрягается, а затем скрещивает руки на груди, взяв меня за локти.
– Не знаю, как отказаться от того, что некогда не давало мне развалиться…
– Ты ни от чего не должен отказываться. Твое искусство осталось нетронутым. Оно везде – в рамах, на стенах, в альбомах. Твоя муза живет здесь, в людях, которые каждый день радуются твоим картинам. Это и есть настоящая магия. Пусть она поддерживает тебя, пока ты не найдешь новый путь.
Джеб ставит меня перед собой и целует.
– Для подземца ты довольно умна.
Я смеюсь.
– А ты для человека довольно крепок.
Я притягиваю его голову к себе и еще раз целую.
Кроллик воркует и смотрит на нас, как зачарованный, широко раскрыв глаза.
Я смущенно отстраняюсь. Временная отсрочка – это очень хорошо, но я знаю, что нелегко будет забыть обо всем, чего лишился Джеб. Мы будем разбираться с этим вместе, день за днем, пока он вновь не обретет себя.
А пока что нам нужно поговорить с Дженарой.
Джеб откашливается. Он явно думает о том же самом.
– Так. Пойду осмотрю дом.
– Думаешь, она на работе?
Я стягиваю сапоги и погружаю пальцы ног в длинный ворс розового плюшевого ковра.
Джеб приоткрывает дверь и выглядывает в коридор.
– Мама – точно. Она всегда работает по вечерам. Вы двое ждите здесь.
Он выходит, оставив дверь приоткрытой, и Кроллик тут же забирается на кровать Дженары. Его тонкие пальчики комкают черно-белое камчатное одеяло. Розовые оборочки и наволочки живо напоминают мне, как в детстве мы с Дженарой играли в этой комнате. Мы сооружали свадебные платья из простыней и наволочек, секретничали, ели чипсы и проводили без сна всю ночь.
Кажется, это было так давно.
У окна стоят два белых безликих манекена, с абажурами вместо шляп. Джеб начинил их проводами и вставил в головы лампочки, смастерив оригинальные светильники на пятнадцатилетие сестры.
Я включаю одну из ламп; на деревянный пол и на кровать падает белый звездчатый отсвет.
– О-о-о… – Кроллик поднимается и начинает танцевать среди теней, которые отбрасывает абажур.
Я наблюдаю за ним в зеркале. Он похож на чудовищную балерину в стеклянном шаре со снегом. Совершенно неуместный в этой комнате, полной нормальных человеческих вещей.
Потом я замечаю собственное отражение. Узоры вокруг глаз еще не совсем исчезли. Кожа блестит, и если бы волосы не были заплетены в косу, они бы шевелились – живые и полные магии.
Я чужая здесь.
Если подумать, сейчас мы все как пришельцы. Даже Джеб. После того, что мы пережили и увидели, здешнее спокойствие кажется опаснее, чем хаос, с которым мы столкнулись в Стране Чудес. Наверное, так чувствуют себя солдаты, вернувшись домой с войны. Как они приходят в норму? Как вписываются в мирную жизнь? Как учатся снова чувствовать себя в безопасности?
В мои мысли проникает жужжащий шепот насекомых. Это очень приятно. Я на мгновение закрываю глаза – и тут же открываю, когда в коридоре раздается пронзительный взвизг.
Подскочив от неожиданности, я сгоняю Кроллика с кровати и велю ему спрятаться в шкаф.
– Не выходи, пока мы тебя не позовем, понятно?
Он кивает и зарывается в кучу швейных принадлежностей на дне шкафа – шарфов, поясов, кусков ткани.
Я стою неподвижно, вытянув руки по швам… Некуда деваться.
