— Всемогущие! Что тут «мать вашу» происходит?! Тут хоть один день может пройти спокойно? — говорила взывающим взглядом, смотря в потолок.
Дверь моей комнаты распахнулась и словно ветер, ко мне ворвался Тимур. Взгляд парня был наполнен злобой и ненавистью. Волосы взъерошены, по лбу стекали капли пота. Когда он оскалился, я увидела клыки.
— Говори! Быстро! — голос был не похож на привычный. Страх обуял меня, и я, молча, смотрела на парня. Отсутствие ответа его явно злило, рука все сильнее сжимала дверную ручку. Я боялась не то чтобы что-то сказать, мне дышать в его сторону было страшно. Вдруг он накинется на меня, и разорвет своими руками? — Говори! — еще раз крикнул он
От страха я подпрыгнула. — Ч-что, тебе говорить?
Тимур быстро подошел ко мне, стоящей около стены. Я вжалась в нее, словно пыталась просочиться сквозь бетон наружу. И плевать было, что вниз лететь 3 этажа, лишь бы убраться отсюда. Он провел своим лицом от моего живота к шее, словно обнюхивал меня, затем посмотрел мне в глаза. Я видела, как бешено, бьется его сердце, поднимая грудь мощными толчками.
— Что он сделал с тобой? Это был он? Верно? — последняя фраза резко сорвалась с его губ, вновь оголяя клыки. Вблизи они были еще ужасней. Между нами было настолько ничтожное расстояние, что я увидела, как его голубые глаза становятся черными. От страха я походу даже задержала дыхание.
«Мне не показалось, тогда в парке» это все что крутилось в моей голове, воспоминание о том, как ко мне пристали хулигану. Хотя почему я раньше не подумала об этом, узнав, кто он такой?
Выражение его лица начало меняться. И если до этого, была еще хоть какая-то надежда на то что, мы можем с ним договориться, и все обойдется без кровопролития, то именно в этот момент она пропала. Его пальцы сомкнулись на моей шее. Я зажмурилась, не желая видеть его устрашающий взгляд перед своей смертью.
— ОТВЕТЬ МНЕ. — тембр голоса поменялся практически до рычания. Открыв глаза, передо мной стояло нечто странное. На большие мускулистые плечи спадали, длинны волосы, львиная голова, изо лба которой торчали рога. Его рубашка была расстегнута, оголяя его торс и показывая мне все шрамы и порезы. — НЕ ЗАСТАВЛЯЙ ПОЛНОСТЬЮ ВЫПУСКАТЬ ЗВЕРЯ!
Меня бросило в дрожь от всей обстановки происходящего. Почувствовав, как его рука сжала мою шею сильнее, я начала жадно хватать воздух губами.
— Я тебя не понимаю — с хрипотой выронила я, но хватка Тимура не слабела, пожалуй, даже на оборот. Поперхнувшись очередным жадным вдохом, в моей голове окончательно улеглись мысли о смерти. Понимая, что это все, я вновь посмотрела в его черные как смола глаза и на последнем дыхании произнесла — А я думала, что влюбилась в тебя…
Рука начала медленно отпускать мою шею, а затем и вовсе повисла вдоль тела. Мои ноги подкосились и, скатившись по стене, я камнем рухнула на пол.
Он начал делать робкие шаги назад, словно осознавая, что натворил. Остановившись посередине комнаты, в полголоса спросил. — Ты была с моим братом? Ты с ним спала?
Я не стала ничего отвечать на его вопрос, а просто посмотрела на него со всей злостью, что скопилась у меня внутри, пытаясь мысленно ударить его. Он уже выглядел привычно для меня. Во взгляде читалась растерянность и боль. Было видно, что где-то в глубине души он ругал себя за данный поступок.
В другой ситуации, может быть, я его пожалела, но не сейчас. Уж точно не сейчас…
— Выметайся отсюда… — прохрипела откашливаясь.
Тимур больше не задавал мне вопросов, он просто вышел из комнаты, так же быстро, как и зашел в нее.
Оперевшись спиной на стену, я облегченно выдохнула. Ну и где тут логика? Сначала травят, потом душат… Кому тут можно верить? И почему его вообще так беспокоит, спала я с Таиром или нет? Я же не задаю таких вопросов ему…
Просидев около пяти минут в раздумьях, все еще ощущая его руку на своей шее, я пришла к решению, что нужно во всем разобраться. А начать лучше всего с ягод и странной записке в книге.
Листая книгу, я обнаружила, что страница, где было сообщение для меня вырвана. Ну оно и понятно, кому хочется выдавать себя и признавать вину в содеянном? К моему счастью записи о ягодах были, от них никто не избавился.
Ко всему этому прилагалась невзрачная иллюстрация, но очень похожая на ожог Тимура.
