Откуда я сделал такой вывод? Извольте — именно он воспитывал Николая, именно Константин Петрович влиял на назначения министров в первые годы его правления. И именно он, словно обезумевший, пытался заморозить ситуацию в стране.
«Как это можно трактовать?..»
Константин Петрович вовсе не был идиотом, но опытный государственный муж, уважаемый правовед, обер-прокурор синода словно ослеп! Он не хотел видеть, что происходит в мире, не понимал, что ведущие государства Европы и Соединённые Штаты Америки рвутся к колониальному господству.
И рвутся не на штыках серой скотинки, а на техническом превосходстве! Наши западные друзья создают у себя мощную промышленность, которая завалит их пулемётами, аэропланами, автомобилями, взрывчатыми веществами, отравляющими газами, и много чем ещё…
Впрочем, в России тоже это всё было, но, как метко сказал император Александр II, словно в зоопарке — по одной штуке… И на мой взгляд именно господин Победоносцев был значимой фигурой среди тех деятелей, кто уверенно привёл нашу страну к катастрофе.
Примечания
[1] Известны воспоминания великого князя Александра Михайловича (оперативный псевдоним Сандро), в которых сообщал, что для Никки высшим авторитетом являлся отец Александр III, и он выбирал министров по принципу наибольшего соответствия «идеалам прошлого», а не текущим задачам. Впрочем, на мой взгляд, такая практика после событий 1905 года прекратилась.
[2] Константин Петрович Победоносцев, обер-прокурор Священного синода и близкий к Николаю II человек. Начинал свою деятельность с преподавания юридических наук, придерживался либеральных взглядов. Однако со временем перешёл на ультраконсервативные позиции. С 1861 года становится учителем Николая Александровича, сына Александра II, затем учит и Александра Александровича (впоследствии ставшим Александром III), и со временем становится наставником ещё одного Николая Александровича (будущего Николая II). После убийства Александра II стал одним из идеологов контрреформ Александра III. Трагедия нашей страны ещё и в том, что такие, без сомнения, достойные люди, как К. П. Победоносцев, раз за разом, словно слепли, желая законсервировать Россию — будто она существовала в вакууме.
Когда конвоец объявил о желании Константина Петровича немедленно со мной встретиться, то сперва я захотел просто избавиться от неприятного типа и отправить для начала обер-прокурора в Питер. А уже впоследствии, когда мне удастся набрать собственный вес и авторитет, то попросту выслать его куда-нибудь в имение доживать свой век[1].
Пускай там создаёт сельскую школу и возится с крестьянскими детьми — пару десятков, ну, может быть, сотню выучит, но не более того…
Однако, будучи распалённым спором со «своей семьёй», я подумал, что рано ещё списывать Константина Петровича, пожалуй, сначала нужно попытаться его применить в мирных целях… Использую-ка я Победоносцева в том качестве, в котором сей правовед действует на государственной службе, он же у нас руководитель Священного синода, или как там называется эта должность.
— Придётся ещё немного поскучать, — картинно вздохнул я, обращаясь к Аликс, и вновь подмигнул Михайловичам.
В некотором роде я даже обрадовался появлению этого мутного товарища. И изрядно удивился, поскольку ожидал этакого посконного типа с бородищей до пупа, а Константин Петрович смог меня поразить своим стильным видом. В гостиную энергично вбежал безбородый человек — из всей растительности на лице он лишь имел небольшие седые бакенбарды.
«Ну что же, по крайней мере, внешне бесить не будет…»
Победоносцев заохал, и чуть ли не запричитал о случившемся и о моём состоянии. Ну а я, не будь дураком, попросил его о помощи — выказал желание посетить в ближайшую неделю несколько подмосковных религиозных центров. И, конечно, пригласил Константина Петровича с собой!
И эта благолепная сцена духовного единения учителя и ученика окончательно успокоила августейшее семейство.
Думаю, что они воспримут нынешнюю ситуацию как временный, мимолётный каприз. И надеюсь, что просто поедут в Питер, чтобы продолжить там обычное время препровождения, не переживая особо за мою здешнюю кампанию…
Пусть едут на свои балы и хрустят французскими булками в Питере… Пока я выстраиваю в Москве новую вертикаль власти.
Победоносцев ожидаемо проявил ко мне участие и согласился, наш разговор с острых тем перешёл к обсуждению маршрутов. В чём также приняли активное участие и прочие имевшиеся в гостиной члены августейшей фамилии… Минут тридцать пришлось потратить на выяснение, какие монастыри и церкви будем посещать, с кем из известных духовных лиц необходимо встретиться и так далее…
