Из всех названных фамилий мне была известна лишь одна — Ширинкин. Он вроде как был начальником дворцовой полиции, но всё равно следовало уточнить все детали… Ну а о роли остальных догадаться было нетрудно — в общем, я сразу понял, что эти господа руководят силами царской охраны. Встреча с ними была необходимой, но день-другой потерпит, и с одобрения Гирша пришлось отказать.
«В принципе, этого визита следовало ожидать, после случившегося… Странно, что только сейчас пришли…» — хмыкнул я про себя. — «Ничего, пару дней потерпит, пока голова болеть не перестанет… Да и нечего без очереди ломиться с криками, что только спросить хотят. Ха-ха-ха…»
Время шло, немного отлежавшись, я решил навести более подробные справки о главных охранниках, а то даже имён не знаю.
Кряхтя, встал из кресла и добрался до лежащей на другом конце стола толстой подшивки полной росписи дворцовых служащих и прочих свитских, что дал мне на днях Танеев. Документ был выполнена чернилами от руки, каллиграфически красивым почерком и читался так, словно был распечатан на принтере — могли предки!
Начав листать, быстро нашёл строку про дворцового коменданта: генерал-лейтенант Пётр Павлович Гессе… В таблице не были указаны обязанности, лишь личные данные. Но, судя по названию должности, я предположил, что пятидесятилетний, только что получивший новое звание и назначенный в свиту генерал-адъютантом дворцовый комендант может командовать всей царской охраной, поскольку Евгений Никифорович Ширинкин имел явно меньшее звание — всего лишь генерал-майор, а не лейтенант. И последним был странный казак с немецкой фамилией — командир моего Собственного Конвоя, генерал-адьютант Александр Егорович Мейндорф.
«Ну что же, теперь смогу с ними побеседовать, надо будет выписку сделать на случай, если забуду…»
За размышлениями, призванными отвлечься от головной боли, незаметно для себя задремал, проснулся минут через сорок и почти сразу вновь появился доктор Гирш с письмом от Мама́. А затем, дождавшись, пока я его прочитаю, сказал, что в приёмной жаждут встречи князь Эспер Ухтомский, граф Дмитрий Шереметев и его брат Павел, князь Оболенский в компании Сандро и Бимбо[9]…
Отложив письмо Марии Фёдоровны, в котором она выражала желание встретиться сегодня, я, морщась от ноющей боли, спросил:
— И чего им нужно?
— Ваши друзья беспокоятся и желают проведать вас. Однако я не рекомендую этого делать
— С чем я согласен. Передайте, что я с радостью встречусь с ними завтра также в первой половине дня. Более того, передайте моим дорогим друзьям, что мы прогуляемся по парку.
— Государь, я снова вынужден предупредить вас об осторожности. Впрочем, завтра ваше состояние должно улучшиться.
— И я тоже на это надеюсь.
После ко мне пришла Аликс — уж её то Гирш задерживать не посмел, да и я был с ним согласен. Мы поболтали на ничего не значащие темы, я при этом, конечно, больше слушал, что говорит супруга Никки. У Александры Фёдоровны был день рождения, но о празднествах приходилось забыть, чем я был весьма доволен…
«Не придётся опять со всем придворным обществом возиться пока… Здесь каждый разговор как схватка…»
Несмотря на то что я старательно делал страдальческий вид, разговаривать пришлось о многом, и почти ни о чём — так как я снова больше слушал, чем говорил, поддакивал и утешал:
— Милая, мне так жаль, что твой день рождения был испорчен чередой трагических событий. Бремя императорской власти чуть не раздавило нас.
— Я помню, как ты не хотел всего этого Никки, как хотел лишь семейного счастья… Но в последние дни ты сам не свой…
— Долг, солнышко, это всего лишь долг властителя и долг солдата. Я присягнул, заняв сей тяжёлый пост.
— Как жаль, что мы не успели уехать в имение бедного Сергея, там бы ничего этого не случилось, — вздохнула Александра Фёдоровна.
Так я узнал, что Никки с Аликс, сразу после коронации планировали отдохнуть в имении Ильинское, «на даче» у ныне покойного дяди Сергея, а затем ближе к концу лета ещё был запланирован коронационный вояж по Европам…
«Ну уж фигу… Я там уже нагостился, хватит!.. Не поеду никуда, лучше в Крыму побывать, вспомнить детские годы…»
— Не переживай, милая. Всё будет хорошо, хотя впереди ещё много трудов и забот, но всё решаемо. Думаю, что нам всё же стоит выехать на дачу после похорон. Почтим, таким образом, память дяди Сергея, заодно тебе следует поддержать сестру.
«И я от вас всех хоть ненадолго, но избавлюсь… А там видно будет…»
Хотя Гирш рассчитывал, что общение с супругой окажет на меня благотворное воздействие, случилось наоборот… От напряжения, которое я испытывал при общении с Александрой Фёдоровной, у меня ещё больше разболелась голова. К вечеру я полностью обессилил и просто лежал на кровати в полудрёме, даже не пытаясь листать доставленного ещё перед завтраком «Разбойника Чуркина».
Примечания:
[1] Я не знаю, что в реальности подарил Аликс Николай II, да и какая разница? Не в том дело.
[2] МФТИ находится в г. Долгопрудном, ближнее Подмосковье.
