— Мне кажется, что тут нельзя однозначно говорить. Например, у меня с какими-то мужчинами были отношения, когда меня потребляли, а с другими мне было, наоборот, удивительно хорошо, но со временем я чувствовала, что отношения портятся именно потому, что я увлекаюсь и начинаю просто кушать человека большими ложками. Я начинаю питаться его энергией, я начинаю полностью въезжать в эту ситуацию, и люди боятся. Некоторые просто говорили, что нельзя жить с цунами. Когда начинаешь целиком отдаваться и входишь в состояние безумия, то тут непонятно, кто кого потребляет.
— Вот почему у нас никогда не возникнет общество потребителей. Нет культуры потребления, сплошное цунами!
— А что? Это не шутка. У нас народ действительно довольно безумный. У нас способность к безумствам заложена в каждом человеке. Это как раз и есть наша национальная черта. Наша женщина может броситься с головой в совершенно невероятную ситуацию. Как в омут. И стать при этом проституткой, поэтом, цунами, стервой — все в зависимости от мужчины.
— Теперь я осознал свою ущербность. Я понял, с кем я всю свою жизнь спал. Я никогда не спал с женщинами иной национальности. Я всегда имел дело с женщинами, которые как я.
— И превращал их в себе подобных…
— А сколько поколений русских женщин вы знали?
— В русской женщине всегда сочеталось, что она могла сходить в церковь, а после этого — на конюшню.
— Это литературное представление. Это мы навязываем им свои стереотипы. А как они в прошлые века себя вели, никто не знает.
— И все-таки есть национальные особенности, наверняка есть. Эти вечные упреки: «Ты во мне видишь женщину, а души не видишь». Это русская идея?
— Африканская. На самом деле тема этого семинара высосана из пальма. Никто никогда секс по национальному признаку не делил.
— Ага, как же! И никто никогда не мечтал переспать с француженкой, кубинкой, филиппинкой! Только все почему-то стремятся в Бразилию. И побывавшие там говорят: «Несравненно».
— Несравненно с чем? С сексом с женой. А бразильцы, побывавшие в Твери или в Казани, возвращаются домой и тоже говорят: «Несравненно!» Потому что девушки, приезжающие сейчас в Москву из глубинок, они умеют такое! Нет границ.
— Может, потому, что они там стажируются на африканцах и бразильцах?
— Мне кажется, что в отношении мужчин разница все-таки есть. Например, между русским и восточным мужчиной. С русским я могу себе позволить попросить: сделай мне куинилинг, пожалуйста. Но это просто невозможно с восточным человеком. Он должен сам командовать парадом. А всякая инициатива наказуема.
— Ну, это и у русских есть! Если женщина проявляет инициативу, ее почему-то считают развратной. Хотя русская культура очень богата и в сексуальном плане.
— Итак, мы психологических особенностей русского секса не нашли. Но мы искали. А теперь семинар закончен, караул устал.
