Эй ты! Да-да ты! По ту сторону экрана! Я тот, кого ты боишься встретить темными ночами, возвращаясь домой с работы или учебы… Я маньяк и горжусь этим! Но так вышло, что меня убили… И я возродился в новом мире! Теперь я — Герой, хе-хе. Посмотрим, что из этого выйдет. Произведение не является Стёбом и бессмысленным МС.
Глава 1. Finita la commedia!
У вас когда-нибудь был действительно плохой день? День, когда всё, чего вам хотелось, — это просто валяться в постели и дремать, прячась от суровой реальности происходящего? Такой день у меня был именно сегодня…
К моему глубочайшему сожалению, я попался.
Мне удавалось успешно скрываться от полиции в течение двух с половиной лет. Но все ошибаются, к несчастью, ошибся и я. Камеры, эти ужасные камеры, они натыканы на каждом шагу, на каждом углу, в каждом здании и переулке. Да о чём я говорю, вы сами можете увидеть это. Нельзя пройти и сотни шагов, чтобы какой-то из этих чертовых “глаз” не заснял тебя.
Эх… Я всего лишь хотел почувствовать вкус жизни и свободы… Эти прекрасные чувства: адреналин пробегающий по твоим жилам, невероятное эйфорическое наслаждение и незабываемое чувство… нежной женской шеи в твоих руках. Ах, женщины, прекрасные цветки жизни, что же вы делаете с моим маленьким хрупким сердцем…
Что происходит сейчас? Всё на самом деле довольно банально и очевидно. Моё бренное тело валяется, с закрепленными за спиной руками, и меня избивают ногами, даже пнув пару раз в промежность…
Варвары! А как же закон о защите заключённых? Мне даже не дают шанса дать отпора!
Так на чем я закончил?
Точно! Меня схватили, и сейчас я нахожусь в отделении нашей
Ведь Я — Настоящий шутник!
— Тебе ещё и весело, ублюдок!? — это подал голос один из моих нынешних ”друзей”: рыжий и долговязый. Почему-то он проявлял явную чрезмерную злость по отношению ко мне, ведя себя так же стервозно и агрессивно, как моя
— Это бесполезно, — сказал второй, он был низким и толстым, по крайней мере, на фоне первого. Натужно дыша и давая мне ещё несколько ударов по ребрам, он продолжил свою речь:
— Он явно псих, даже не пискнул, с самого момента задержания, — с отвращением посмотрев на свой испачканный кровью туфель, он, не долго думая, вытер его об моё, и так ныне не прекрасное лицо.
Кажется мне, этим действием он испачкал его еще больше…
О, вы удивлены тем фактом, что я не кричу и не корчусь от невыносимой боли, хотя и чувствую её? Все просто: я превосходный, просто фантастический Актёр! У меня есть гордость! Эта гордость и не позволит мне показать хоть что-то, что порадует их. На самом деле, это было очень забавно, они буквально воплощали архетип “толстого и тонкого”. Нужно спросить у моего нового
— Ох…
Было действительно интересно, за что же он так невзлюбил меня. По привычке даже попытался улыбнуться, но губы, распухшие от ударов по лицу, как два вареника, совсем не желали слушаться. Да и заплывшие синюшные глаза, наполненные слезами, явно не прибавили мне привлекательности.
— Ты… — его руки начали сильно подрагивать, казалось ещё чуть-чуть, и у него пойдет пена изо рта, — Да я тебя…
— Да? Мой
Ой, похоже, я слегка перестарался… Тонкий не на шутку разозлился, схватившись за пистолет, торчавший из кобуры, и посмотрел на меня дикими, ошалелыми глазами.
Как же он не бережет себя… У него явно лопнуло пару сосудиков в глазах.
Какие глупые мысли лезут в голову…
Его товарищ не стоял на месте и уже хотел подбежать к нему в очевидной попытке остановить его, но опоздал буквально на жалкое мгновение…
Я до самого последнего момента с улыбкой на лице смотрел ему в глаза. Вот он медленно достает пистолет Макарова, будто в замедленной съемке вижу, как он наводит его мне на лицо, вспышка, вспышка и темнота.
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
В комнате повисла оглушительная тишина, прерываемая лишь рыданиями сломанного и опустошенного сержанта полиции, потерявшего свою дочь от рук ныне мертвого убийцы.
***
Мёртв.
