Собственно, за свою бестактность девицы поплатились, вылетев из кабинета, словно пробки из шампанского. Конечно же, не без истерик и криков о своих папочках и мамочках. Однако даже угрозы не остановили Элю, и она захлопнула за ними дверь.
— Если кто-то пришёл сюда поглазеть на игру Ростова, то прошу покинуть кабинет прямо сейчас. Мы собрались здесь не для того, чтобы любоваться его симпатичной мордашкой и наслаждаться музыкой.
— В смысле? — я поднял голову. — А зачем тогда вообще брать в руки гитару, если тебе это не приносит удовольствие?
— Влад, ты меня понял, — Эля прошла в центр кабинета. — И если никто не собирается уходить, то приготовьтесь. Наше прослушивание начинается.
Ох, блин…
Помнится, в прошлой жизни мы ходили с коллегами в караоке. Забавное времяпрепровождение, на самом деле, особенно, когда в тебе уже повышенный градус спиртного. В таком состоянии тебе абсолютно плевать кто и как фальшивит, попадают ли в ноты и есть ли слух у твоих знакомых. Более того, ты сам становишься чуть ли не гением вокала.
Но даже тогда мы пели более качественно, чем ученики на прослушивании. Нет, были, конечно, некоторые, кто поразил меня своими способностями. Но также брали в руки микрофон и те, кто вообще не знает, что такое ритм. И это самое жуткое. Хотя… нет, здесь я соврал. В те моменты я отрывался по полной, вспоминая все года, проведённых в унижениях и оскорблениях. Поэтому не сдерживался и начинал чуть ли не кричать на подобных «певичек». Но в такие моменты меня вовремя тормозила Эля, так как порой я загонялся.
— Влад, — вот вновь она строго посмотрела на меня, поправив очки. — Не будь настолько суров.
— А каким мне быть? — я ответил таким же взглядом. — Если она элементарно не попадает в слова.
Очередная девушка, кажется, Алина (я даже имена их запоминать не хочу), вскинула на меня возмущённый взор.
— Да что ты понимаешь, Ростов?! — вспыхнула та в буквальном смысле. Из глаз брызнули тонкие языки пламени, а кожа на лице и руках покраснела. Видимо, девочка обладала огненной магией. Наверное, стоит её всё же запомнить, мало ли где пригодится. — Думаешь, раз научился играть, то можешь нами помыкать?!
На меня уставилось несколько ожидающих взглядов.
— Ну-у-у, протянул я с самодовольной мордой. — Собственно, да.
— Пошёл ты! — воскликнула та и выскочила в коридор, бросив микрофон в сторону. Благо, Эля оказалась более расторопной и поймала его.
— Что ж, — произнесла учительница и обвела взглядом оставшихся. — Слабые звенья убраны. Осталось узнать, кто из вас поёт лучше.
Четыре девушки довольно улыбнулись и снова посмотрели на меня.
— Что? Мне надо сказать прямо сейчас? — удивлённо переспросил я, взглянув на Элю.
— Необязательно, — она кивнула на мой телефон, лежащий на рояле рядом. — Послушай их ещё раз дома, и реши это на свежую голову.
— Так, стоп, вы же руководитель. Почему решаю я?
— Влад, давай оставим глупые вопросы. Ты ведь не дурак и всё прекрасно понимаешь.
Ага, как же, хочешь взвалить всю ответственность на меня, чтобы возмущение богатеньких родителей не полилось на твою голову. Или…
Я внимательно посмотрел на женщину и увидел её хитрую улыбку.
Ах, ты ж стерва. Решила таким образом отвлечь меня от столичных новостей? Похвально, похвально. Более того, это даже работает, я заинтересовался возможностью стать лидером музыкальной группы, тем более с такими участницами.
Ещё раз обвёл взглядом оставшихся и слегка кивнул им.
— Надеюсь, выбывшие не расцарапают мне лицо? — с улыбкой спросил я.
— Только если ты сам попросишь, — ответила одна из них.
После чего все четверо рассмеялись и вышли из кабинета. Я же протяжно выдохнул и посмотрел на учительницу. Та встала из-за стола и прикрыла дверь, после чего вернулась на место, начав перебирать какие-то списки.
— Ну и как нам теперь быть? — первым заговорил я.
— Искать подходящих кандидатов, — не отрываясь от бумажной волокиты, ответа та.
— Эля, — я чуть повысил голос, — ты поняла о чём я.
— Влад, — она всё-таки оторвалась от записей и пронзительно посмотрела на меня. — Единственное, что осталось от «нас», — показала кавычки пальцами, — так это группа, которую мы начали сегодня собирать. Поверь, работы очень много, концерт будет важным. По крайней мере, для меня. И я прошу тебя сосредоточиться на этом, потому что на кону стоит моя карьера.
— О как, — хмыкнул я и запрыгнул на край рояля. Эля хотела возмутиться, но просто махнула рукой, мол, делай что пожелаешь. — А я должен тебе в этом помочь? Допустим, у нас всё выгорит, и Михалыч будет пищать от восторга, хлопать в ладоши и бегать по кругу, словно маленькая возбуждённая девочка при виде популярной мальчиковой группы, — после моей тирады, женщина расплылась в улыбке. — Но мне-то от этого что?
Она вопросительно изогнула бровь, ожидая продолжения, но я молчал.
— А тебе не нравится быть центром внимания? Положение в обществе меняется, ты сам видел. Сегодня столько пигалиц вокруг тебя вилось, что я даже невольно приревновала.
— Ревность? — усмехнулся я. — Забавно. Но нет, лишнее внимание мне сейчас совершенно ни к чему.
