Чушь! Она была ярой любительницей их промежностей. И жизнью-то поплатилась, в общем, за то, что хотела трахнуть Бек…
Ее мать-стерва пялится на меня и тянет:
– Простите, вы… э-э… говорите по-английски?
НЕТ, МАТЬ ТВОЮ, ЗАТО Я В СОВЕРШЕНСТВЕ ВЛАДЕЮ МАТЕРНЫМ!
– Понятно, – говорю я. – Но босс надерет мне задницу, если я поеду в Фол-Ривер. Давайте я просто занесу все в дом, и разойдемся.
– Бедняга… – Сучка, вздыхая, достает кошелек; она думает, мне нужны ее гребаные чаевые. Как бы не так! Мне надо просочиться к ним на кухню и украсть ключи, которые наверняка там валяются. – Вот, держи, и коробку можешь оставить себе.
С фальшивой улыбкой она протягивает мне пять долларов и закрывает дверь у меня перед носом. А потом запирает ее на замок.
Черт! Я был готов достать форму службы экспресс-доставки и повторить попытку, но теперь не получится – меня видела хозяйка, растуды ее.
Возвращаюсь в свой клоповник и жру, благо еды у меня теперь навалом.
Пишу Лав: «Пока ничего. Прости, сегодня зря потратил несколько часов за игрой в блек-джек».
Отвечает: «Я не полицейский надзиратель. Можешь не отчитываться! Знаю, что ты делаешь все возможное. Отец попросил помочь ему с магазинами».
Меня неприятно задевает ее первая фраза, да и вообще сейчас не до разговоров. Мысли только о гребаной кружке. Вернуться бы в прошлое и все исправить…
Я ничего не отвечаю. Через пару часов от нее приходит сообщение: «Скучаю». В этом вся Лав – другая на ее месте давно закатила бы скандал.
Раздается звонок – она.
– Просто хотела услышать твой голос.
– Как ты?
Принимается рассказывать о какой-то неуживчивой тетке с работы по имени Сэм. Я зеваю. В номере холодрыга. Подхожу к окну задернуть шторы и замечаю, что забыл выключить фары. Чертыхаюсь.
– Что такое? Всё в порядке? – спрашивает она.
– Да, просто фары оставил.
Хватаю ключи, выхожу на улицу – в промозглый холод, – исправляю оплошность и скорее бегу обратно. Лав интересуется, где я.
– В кафешке. При казино «Пеппермилл».
Она хвалит меня за то, что я не забываю есть, и советует больше отдыхать. Говорит, что у меня напряженный голос. Еще бы!
– Один раз Форти пропал на два месяца… – Лав вздыхает. – Сразу после моей свадьбы. На два месяца, Джо! Ты ведь не собираешься все это время торчать в Вегасе?
– Конечно нет. Но пока рано бросать поиски.
– Обещай, что будешь беречь себя.
Конечно я обещаю – и вешаю трубку. Потом завариваю мерзкий кофе и открываю «Тиндер». К счастью, здесь гораздо меньше телочек, чем в Эл-Эй. Я свайпаю, и свайпаю, и свайпаю на толчке, в кровати, в машине, пока наконец не нахожу ее – Джессику Сэлинджер. Я видел ее на семейной фотографии в статье, поэтому узнаю сразу. Она гораздо симпатичнее Пич и, главное, совсем рядом. Удивительно, но доступ к ее страницам в «Фейсбуке» и в «Твиттере» ограничен – зато к ее вагине, судя по «Тиндеру», совершенно открыт. Мне этого никогда не понять.
Быстренько принимаю душ, бреюсь, одеваюсь. Сажусь в машину и благодарю Бога за то, что вовремя заметил невыключенные фары. Если б сел аккумулятор, на чем бы я сейчас добрался до кафе «Портовые шлюпки», того самого, где мы ужинали в последний раз с Эми? Сейчас не сезон, остальные бары закрыты. Внутри малолюдно, но те, кто мне нужен, на месте. Джессика Сэлинджер вместе с подругой сидят у барной стойки на высоких коричневых стульях. Поет нудная Шаде, будто мы в кромешном захолустье, а не в Род-Айленде. Оглядываюсь по сторонам – конкурентов у меня нет. Двое парней неподалеку, похожие на строителей, больше увлечены разговором, чем телочками; к тому же я замечаю у них на пальцах обручальные кольца. Музыкантов нет. Да вообще почти никого нет, несмотря на шумиху вокруг убийства. Отдыхающие разъехались, а местные – народ прижимистый и скучный.
Естественно, я не собираюсь подкатывать к Джессике Сэлинджер. Меня уже видела сегодня ее стервозная мать. Придется окучивать подружку – та пониже, потолще, попьянее и попроще. Классика! Она гоняет соломинкой лед в бокале и откровенно скучает. Я склею ее на раз-два.
Сто лет уже не практиковался, но задача плевая. Пялюсь на нее в зеркало над баром, жду, когда заметит. Как только встречаемся взглядами, улыбаюсь, извиняюсь и говорю, что не хотел помешать и просто засмотрелся.
Она слушает.
– Ты потрясающая, – закрепляю я успех. – Просто не мог не сказать. Не то чтобы я подкатывал или клеился. Я же вижу, что ты с подружкой.
Наживка закинута. Остается ждать. Отворачиваюсь к бармену и заказываю водку с лаймом по примеру Форти (любопытно попробовать). На мою руку опускается ладонь.
– Как тебя зовут?
Клюнула.
– Брайан, – отвечаю я. – Брайан Стенли.
– А я Дана. Это моя подружка Джессика. Ты здесь один?
– Ага. А вы? Одни?
