– Куда прешь, дура слепая. Сидеть потом за вас таких, – со злостью начал кричать водитель, но, когда увидел зареванное лицо Лены, сразу замолчал. Он терпеть не мог женских слез, потому что никогда не знал, как правильно успокоить женщину. – я это, таксист, может отвезти куда надо?
– Надо, -всхлипывая, ответила Лена. -отвезите меня куда-нибудь подальше. Только у меня денег нет, я вам на карту переведу, хорошо?
И они поехали, она не знала куда ей надо, а он просто ехал прямо, боясь что-то спросить у хлюпающей носом девушки, сейчас как спросишь что-то, она опять разревется. Нет уж, и он прибавил музыку погромче. Так они и прокатались часа два. Лена успела успокоиться и попросила отвезти ее обратно.
– Сколько я Вам должна, – спросила она, когда они приехали к ее дому
– Меня Кирилл зовут, – улыбаясь ответил водитель. – нисколько, считайте это компенсацией за маленькое дтп.
Лена сухо сказала спасибо, "ещё дед морозов мне не хватало", подумала про себя она. И только когда вылезла из машины, до нее добрался страх. Она села ночью в машину к абсолютно незнакомому человеку. "Если он таксист, то где шашечки на машине, хотя многие сейчас без них. И денег не взял, маньячина какой-то. Ну слава богу, что добрый маньячина, ну либо кого-то заманьячил уже сегодня, а я в список жертв не входила" Лена ехала в лифте, думала об этом маньяке и даже улыбнулась. Ну все, успокоилась, теперь можно и домой.
Когда она зашла домой, то очень удивилась. Ее никто не ждал, все спали. "Надо же", подумала Лена, "а если бы я погибла, вот вышла, попала под колеса, и все, нет меня, никто даже и не заметит, они просто останутся здесь спокойно жить". От этой мысли Лене стало очень грустно. Она так радовалась своему счастью, а оно трещит по швам. Тихо пробираясь на кухню, она услышала шепот Теоны "наконец-то ты вернулась, я переживала за тебя, не делай так больше".
"Чтооооо?" Промелькнуло в голове Лены, "этот чертёнок за меня переживал? Здесь, по любому, какой-то подвох. Либо я сейчас включу свет и увижу, что разнесена вся квартира, или разрисованы все обои, да что, черт побери, она могла такого сделать, чтобы мне это сказать". Но нет, ребенок был абсолютно искренен в своем страхе. Она тихонечко всхлипнула. Лена подошла к ней, погладила по волосам, и девочка начала, захлебываясь слезами, говорить "сначала мама меня бросила, потом ты пропала, я боюсь, что однажды останусь совсем одна"
Сердце Лены сжалось, уж кто, как не она, знала, что такое остаться одной. Совсем одной в этом огромном мире, и вроде много людей рядом, но только мама может понять и поддержать так, как никто не сможет. Только папа спасет ночью от монстров, только к родителям можно приходить абсолютно с любой проблемой, и, даже если это твоя вина, то они сначала помогут, а потом уже начнут говорить "сам виноват"
Лена это прекрасно знала. Когда ее родители попали в авиакатастрофу на маленьком кукурузнике, ей казалось, что рухнул не кукурузник, рухнул весь мир. И так, в одночасье, она попала в тот злополучный детский дом, где дети знали друг друга с рождения, все уже были по парочкам-троечкам, а Лене нигде не было места. Ее пытались выселить из комнаты, подкидывали жаб и змей в кровать. Она быстро научилась сначала осматривать постель и только потом ложиться. Ее постоянно поколачивали в женском туалете, поэтому она старалась ходить туда тогда, когда там никого не было. Она научилась долго терпеть. У нее отнимали вкусную еду в столовой, поэтому состояние вечного голода преследовало ее постоянно, и когда она заработала свои первые деньги, она как ошалелая пошла в супермаркет и скупала все сладости и, что смешно, сосиски и колбасу. Она это очень любила, но в те редкие дни, когда в детдомовской столовой на обед давали сосиски, они сразу же исчезали из ее тарелки, оставались только сопливые переваренные макароны и ехидные лица одноклассников.
