Договорить он не смог, потому что Адам бросился на него. Но достигнуть цели не смог, так как уткнулся в пистолет направленный в его голову. И все мужчины, что были в комнате тоже возвели оружие.
– Ты упрощаешь нам задачу, Пастырь. За отказ всегда есть последствия. И расплатишься не только ты, но и все в Ледяных жнецах, кто поддержал тебя, – сказал Дон, снимая пистолет с предохранителя.
Страх на секунду завладел моим сознанием, но я быстро убрала его в самый дальний угол своего сознания и жестко произнесла:
– Я так не думаю.
Все взгляды снова впились в меня. Но отступать уже было поздно. И в принципе, я этого бы не сделала, так как жизни моих близких людей были на кону.
– И что ты можешь сделать? – произнес Дон, явно смеясь надо мной.
Я набрала воздуха в легкие, успокаиваясь, прежде чем произнести:
– Позвольте представится, Корнеенко Юлия Руслановна.
Глаза Дона расширились, а пистолет в его руке дернулся. По комнате пронесся вздох удивления. А на Адама я боялась смотреть, не зная какая у него будет реакция.
– Не может быть. Ты это можешь доказать? – спросил Дон, немного приходя в себя.
Я вздохнула, прекрасно понимая, что другого выхода у него нет. Достала телефон с заднего кармана джинсов и набрала номер, который знала наизусть.
Я нажала на громкую связь, и все услышали, как голос произнес:
– Дмитрий Корнеенко слушает.
– Дима… – только и смогла произнести я, прежде чем мой голос оборвался.
– Юля? – уточнил мой брат, а в его голосе слышалось удивление, а все, кто находился в комнате, опустили оружие.
– Да.
На несколько минут воцарилось молчание, прежде чем мы снова услышали голос моего брата:
– Юля, где ты?
Я не отвечала какое-то время собираясь с силами выступить против брата. Но все же твердым голосом произнесла:
– Я звоню по делу.
– И что это за дело? – спросил Дима, в его голосе слышалось удивление.
– Я накладываю вето на все твои планы, касающиеся Ледяных жнецов, – сказала я, очень надеясь, что мой голос нигде не дрогнул.
– Что ты несешь? Не лезь ни в свои дела, – зло ответил брат.
– Брат, ты забыл, чего отец хотел. Он хотел, чтобы я стала во главе. И ты находишься в этой должности только потому что я тебе позволяю, – сказала, как отрезала, я.
– Ты не можешь… – начал говорить Дима.
– Я могу, брат, и ты это знаешь. Не перечь мне. Или мне обратится в совет с требованием вернуть мне все, что по праву мое? – припугнула я брата. – И отзови своих псов. Они кстати тебя слышат.
Молчание длилось еще несколько минут, прежде чем брат сказал:
– Уходите.
Дима отключился, но все еще стояли на своих местах с ошарашенными лицами. На Адама я до сих пор не смотрела.
– Вы его не слышали? Или мне повторить? – спросила я, также твердо, как до этого говорила с братом.
Все быстро зашевелились, двигаясь к двери.
Но прежде чем выйти за дверь, Дон повернулся ко мне и сказал:
– Приношу свои извинения, Юлия Руслановна.
Дон вышел в дверь последним и как только за ним закрылась дверь, я выдохнула, опустила глаза, чтобы собраться с силами посмотреть на Адама.
Когда я перевела на него свой взгляд, чуть не пожалела о принятом мною решении раскрыть то, кем являюсь. Взгляд Адама был ледяным. Он смотрел на меня с ненавистью. И я поняла, что ничего хорошего ждать не стоит.
– Адам… – начала я, но он поднял руку прерывая меня.
– Убирайся, – сказал он.
– Что? – не веря свои ушам, спросила я.
– Я сказал, убирайся, – отрезал он. – Убирайся отсюда. Убирайся из моего дома. Убирайся из моей жизни. И никогда не возвращайся.
– Адам, давай ты успокоишься, и мы поговорим, – попробовала разубедить его я.
– Нам не о чем разговаривать. Ты лгала мне все это время. Ты, наверное, всегда работала на благо своей семьи. И скорее всего это ты навела своего брата на меня. Чтобы он смог наказать меня за отказ, пырнув ножом в живот, – сказал Адам, а его слава как будто иголки врезались мне в сердце.
– Нет, Адам, все не так, – еще раз попробовала я.
– Хватит, – перебил меня он, – я больше не хочу слышать тебя, не видеть. Ты для меня больше не существуешь.
– Ты говорил, что я твоя семья, – эта фраза была моей последней попыткой дать ему шанс исправиться
– Семья? – возмутился он. – Ты хоть знаешь значение этого слова? Да откуда, с такой-то семьей как у тебя. Так вот я тебе расскажу. Семья не лжет друг другу. Семья не предает друг друга. Семья не подставляет. Семья поддерживает в трудной ситуации. Семья это нечто большее.
– Брат… – услышала я голос Марины.
– Замолчи, Марина, – гаркнул он на нее, прежде чем снова обратиться ко мне: – Ты не семья. Ты никто.
После этой фразы что-то внутри меня оборвалось. Надежды, что тлела во мне, больше не осталось. Мой счастливый мир разрушался в один миг. Я снова наступила на те же грабли, пытаясь начать новую жизнь. Я открыла свое сердце человеку, который только что разорвал его и растоптал. Мне не было так больно, даже от осознания, что моя собственная мать меня ненавидит. Мне показалось, что еще чуть-чуть и боль разорвет меня изнутри. Мои глаза увлажнились, и я быстро опустила голову.
– Я только заберу свои вещи, – просто пробормотала я и пошла в подсобку.