Моника безропотно берет рюкзак и тащит Марка за руку к машинам. Я вижу в её глазах страх, но она молча выполняет приказ. Тем временем я крадусь к контейнерам. Очень тихо обхожу их. Слышу какое-то бормотание, и тут вдруг оттуда вылетает бутылка и разбивается об асфальт. Я замираю - никого. Наконец, мне открывается обзор на то место, откуда вылетела бутылка. Я чуть не лишилась чувств. Слезы застилают глаза и я не верю тому, что вижу...
А вижу я, как возле бака сидит мой … МОЙ муж. Живой и кажется почти здоровый. Сидит, плачет и умоляет чтобы его сожрала какая-нибудь тварь.
Молча сажусь рядом и обнимаю его. Сначала он дернулся как ошпаренный, потом крепко зажал меня в своих ручищах. И пару минут не отпускал. Резко отстранился - дети?
- Спрятались за машинами, когда я сюда пошла.
Кивнул головой, резко встал и потащил меня за руку.
- Нужно уходить отсюда. - сказал он, сильно качаясь из стороны в сторону.
- Давай осмотрим рану? Сильно болит?
- Нет, нужно уходить!!! Остальное потом!!!
Я поняла, что спорить с ним бесполезно и, поставив ему свое плечо, поплелась рядом.
Дойдя до машин, детей мы не обнаружили. Сердце мгновенно пустилось в скачь.
Но я совершенно зря испугалась - дети тут же вылезли из под машины и кинулись к отцу.
Моника ошарашено смотрела на папу и плакала.
- Папочка, я думала, что никогда уже тебя не увижу!!!
- Я тоже, милая, я тоже.
Лёша обнимал детей и качал, но вскоре начал нас поторапливать.
- Нам нельзя здесь оставаться. Нужно найти безопасное место. Где вы провели ночь? Там безопасно? Мы можем туда пойти? - спросил муж, опуская детей на землю.
- Нет, Лёш, не думаю, что там безопасно. Там явно какая то тварь. И вообще, мне кажется это чудо, что мы оттуда живыми ушли.
- Что там? Опиши?
- Да нечего описывать! Я ничего не видела, только слизь на полу и... - я запнулась, и продолжила так, что меня понял только муж. - и утром исчез труп.
Лёша начал обеспокоенно озираться. Приблизился к самому уху и сказал:
- Если это действительно то, о чем я подумал, то и правда чудо, что вы живы! - он обнял меня, - Так, ясно, значит там небезопасно. Нужно идти!
Я взяла рюкзак мужа на себя, так он не мог его нести - слишком он был слаб.
- Почему ты пошла за мной? - через какое-то время спросил Лёша.
- Почему.. Что? Ты серьёзно? - я аж опешила от такого вопроса.
- Да! Я серьёзно! Я же говорил… просил тебя не рисковать. Не ходить за мной. Ты подумала, что было бы с детьми, если бы мы оба погибли? Ты об этом подумала? - он не заметил, как стал повышать голос.
- Да, я подумала. Подумала! - шиплю на него, - О том, что было бы с нами погибни ты там!!!!
- О чем ты? - удивился он.
- Я о том, что мы с тобой два идиота! Просто два тупоголовых идиота!!! Я иду за тобой, понимаешь? Я, идиотка, иду за тобой, не задумываясь куда ты нас ведёшь. Полностью тебе доверилась, даже в мыслях не представляя, что ты можешь погибнуть!!! А когда я увидела тебя там, в окружении этих тварей...вот тогда я поняла, какие мы с тобой идиоты!
- Да о чем ты? Ничего не понимаю! - похоже моя речь произвела на него впечатление!
- Лёша, куда мы идём?
- В смысле? Я же говорил - в лагерь Агентства. Они там собирают выживших, чтобы эвакуировать в безопасный район! - похоже он не соображает о чем я.
- Нет, Лёша! Я спрашиваю КУДА мы идём? Не понял? Я НЕ ЗНАЮ где этот твой лагерь! Я не знаю куда идти! Я иду ЗА тобой!!!! А если бы ты погиб...
- То вы бы не добрались... - ошарашено договорился он.
- Вот именно! Много у нас шансов было бы выжить в этом городе?
- Нет. Не думаю, что много. - опустил голову Лёша. - найдём безопасное место и я покажу где лагерь и как лучше туда пройти. Причём и детям тоже нужно показать.
"Нет, нет!!! Я не могла, не могла её потерять!!! Она не может умереть. Нет. Этого не может быть, это не правда. Моя девочка, моя маленькая принцесса, моя жизнь. Она не могла... Не могла.... Я не верю... Я должна вернуться... Я спасу её. Спасу! Спасу! " - твердил моё угасающее сознание. Я ничего не видела перед собой, кроме её крохотного тельца, ничего не слышала, кроме её последнего крика...
Я должна вернуться, должна! Но Лёша тащил меня дальше. Как же я ненавидела его в этот момент. Я орала, брыкалась, била его, умоляла, но он тащил меня куда-то от моей девочки, что-то говорил, пытался успокоить. Но я его не слушала, не могла слушать! То, что он говорил - не правда!!! Не могло быть правдой. А потом я отключилась.
Когда пришла в себя, было темно. И тихо. Такую тишину называют мёртвой, гробовой. Ни дуновения ветерка, ни шелеста листьев, будто весь мир умер с ней.
Я застонала. Тут же ко мне подбежал Лёша. Помог привстать и напоил водой.
- Тише. Только тихо! Они рядом, а идти ты сейчас не сможешь. Нужно затаиться. - в самое ухо прошептал муж.
Живот снова был "каменным" и ноющая боль говорила о том, что я опять на грани преждевременных родов.
Осмотрелась. Похоже, мы были в подвале, где единственным источником света было сухое горючее.
