Стоило ей договорить, как из темноты тоннеля показалось что-то круглое и блестящее. Спустя пару секунд Джей понял, что это — лобовое стекло огромного поезда. Выпуклое, как миска, оно было нахлобучено чуть наискосок — сверху глубже, чем снизу. Вслед за стеклом из тоннеля выехал сегмент тела высотой в четыре этажа, усеянный светящимися окнами. Сам поезд был тусклого сине-зелёного цвета, с бархатистой поверхностью, словно припылённый. Он проехал до самого конца платформы, где стояли Джей и Эдна, разбрызгивая воду из лужи по сторонам, между подпорками, и наконец выплеснув небольшую волну на скошенную часть входной площадки. Ту, видимо, окружал барьер, потому что заходивших людей не обрызгало, как Эдна опасалась.
Остановившись, змеегусеница выдохнула и немного осела, так что двери каждого сегмента её тела опустились на уровень платформы. Они открылись, и изнутри повалили люди с такими же колясками, как та, которую Джей укрощал у Эдны в гараже.
Впечатлённый зрелищем Джей сквозь эфир позвал Льяло, чтобы поделиться своим восхищением. Ведь это по водам Льяла змеепоезд так лихо скользил в туннелях. Однако Льяло оказался занят — он болтал с поездом. Ну, насколько к их обмену восторженными образами можно было применить слово "болтал".
Джей и опомниться не успел, как его включили в беседу. Льяло отрекомендовал Джея змеепоезду, как своего приятеля. Поезд его обнюхал — Джею показалось, что огромная тёмная полусфера на морде слегка дёрнулась в его сторону. А дальше Джея засыпало образами светящихся кристаллов, подросших за время с прошлой поездки змея по тем пещерам, разлившихся грунтовых вод, а кое-где и осыпавшихся камней, о которых надо было предупредить человеков.
Джей будто мысленно прокатился вместе на живом поезде по земным недрам и выехал на свет только в одном месте, где магия, которой люди напитали змеегусеницу, раскрылась по её бокам множеством крыльев — по паре на каждый сегмент, и тогда весь змей сменил цвет на красно-оранжевый и воспарил в небо, преодолевая длинный залив и зелёную долину. Образы, связанные с полётом, пахли счастьем и солнцем, словно это была любимая часть поездки для змея.
Словно когда-то все змеегрызы обретали способность летать, а с ней и свободу от мокрых туннелей.
И если река Льяло когда-то была просто рекой, а ожила только от напитавшей её магии, то змеегрызы, наоборот, когда-то были настоящими гусеницами, которые превращались в бабочек, а потом магией из них вымыло всё, кроме едва различимых воспоминаний и радости полёта, превратив их в умные поезда.
Джей понял всё это, пролистав вылившиеся на него водопадом образы из памяти змеегрыза. Но почему же люди не услышали его историю? Разве он не делился образами с ними, когда они загружались в его нутро, чтобы уютно устроиться в каюте, похожей на гостиничный номер? Или дело в том, что Джей и сам прошёл схожий путь, а потому воспоминания гусеницы шевелили в нём что-то схожее. Что-то о том, кем он был раньше…
Из станции Джей вышел в такой глубокой задумчивости, что очнулся только когда перед ним поставили тарелку, обдавшую его густым запахом томлёного мяса со специями. Оказалось, что не все киоски-беседки ограничивались напитками и закусками, в некоторых можно было найти и полноценный обед. Эдна так и сделала, а пока Джей не сопротивлялся, заказала на его долю тоже.
Мясо распадалось на волокна от одного взгляда, и Джей долго смаковал каждый кусок. Получается, когда-то он тоже ел ради насыщения? Или это всё иллюзия, навеянная поездом? Что Джей в самом деле знал о себе и других Свити? Был ли в нём где-то глубоко спрятан человек? И что считать человеком в такой ситуации?
На выходе со смотровой площадки Джею пришлось сдать арендованный плед, иначе его не выпускала магия. Он снова забеспокоился, как бы Эдна не замёрзла, но при тщательном изучении у подвижных кресел нашёлся собственный климатический барьер. Сытая Эдна согрелась, привалилась к плечу Джея и заснула прямо в тумане среди горных вершин.
Джей осторожно убрал ей с носа светлую прядь, не удержался и погладил кончиками пальцев щёку, а потом мягкие волосы. Взял себе на заметку каждый день делать ей причёску, тем более если они теперь будут гулять после завтрака. Эдна должна быть накормлена полезным, красиво одета и причёсана, иначе страдала Джеева профессиональная гордость. Ещё бы всё-таки убедить её на массаж, ну или хотя бы педикюр с ванночкой для ног… Джею не хватало тактильного контакта. Раньше он почти ежедневно задействовал ауру любви, чтобы подарить людям телесное удовольствие, а теперь эта аура простаивала. Когда простаивали ауры, Джей начинал чувствовать себя бесполезным.
На пересадке Эдну пришлось разбудить. Она почему-то покраснела и всё время поездки под вторым мостом старательно отводила взгляд. Но когда они забрали вещи и загрузились в удачно подошедший поезд, снова задремала и тут же уронила голову на Джея. Джей приосанился и подгрёб её поудобнее. Так-то лучше, функционал задействован, Свити используется по назначению.
