— Нет, мой лорд, прошу вас! Не надо! Я буду очень… очень послушным, — беспомощно взмолился Леголас, понимая, что Халдир не мог положить в эту проклятую коробку ничего… безвредного. Но, учитывая огоньки желания, что зажглись в голубых глазах, его тело было не в ладах с головой.
— Боишься? — пророкотал воин, нависнув над хрупким Синда, сжавшимся в комочек. Леголас не мог отвести глаз от лица своего лорда, как будто тот зачаровал его, хотя безумно хотелось взглянуть на то, что тот вытащил из ящика Пандоры и теперь прятал за спиной.
— Да, мой лорд, — откровенно признался Леголас, дрожа, как одинокий листик на ветру. Но то было лишь частью правды, и они оба знали об этом.
— Сними тунику, — приказал властный голос, и Леголас тут же бросился исполнять приказ.
Юноша неуклюже расстёгивал одну пуговицу за другой. Пальцы отказывались его слушаться, а проклятые пуговицы как будто сговорились против него. Казалось, это заняло целую вечность. Синда побаивался, что воин по привычке зарычит на него, но тот даже словом не обмолвился. Он лишь стоял и смотрел, а изумрудные глаза темнели от желания по мере того, как тонкие пальчики обнажали белоснежную кожу сантиметр за сантиметром… Наконец, туника упала к ногам принца. Собственно, он бы и сам не преминул последовать её примеру.
— Закрой глаза, roch-neth… Сегодня я хочу поиграть с тобой, — промурлыкал опасный кошак. Он нежно погладил оцепеневшего мальчишку по щеке, убирая выбившуюся прядку белоснежных волос за ушко, и засмеялся, когда тот прильнул к его ладони, словно котёнок, выпрашивавший ласку. — Не бойся. Тебе понравится.
Леголас словил себя на мысли, что это обещание он уже слышал, но не от Глорфиндела, и заметно напрягся. В тот же миг его опасения подтвердились — на запястьях защёлкнулись кожаные наручники.
Когда же Леголас открыл глаза, в них было столько страсти, что Глорфиндел невольно заулыбался. Юный Синда был просто живым воплощением всего того, что возбуждало воина в его бывших любовниках, квинтэссенцией вожделения. Глорфиндел любил Финрода до боли в груди, но когда он смотрел на новое воплощение своей утерянной любви, то порой забывал, как дышать. Леголас был совершенен. Хотелось одновременно сжать его в объятия и укутать в покрывало, чтобы больше никто не мог видеть такую красоту, или раздеть его донага и выставить на всеобщее обозрение, чтобы показать всему миру, что это совершенство принадлежит только ему.
Глорфиндел, поддавшись порыву, схватил обожаемое тело на руки и бережно опустил на кровать, а затем направился к столику, на котором стояла злополучная коробка из странной лавки. Леголас не видел, что он там делал, но слышал тяжёлые шаги и напряжённое дыхание.
— Такой красивый… Такой беспомощный… Такой беззащитный. Я взял тебя в плен, принц… Ты здесь совсем один, никто не придёт тебе на помощь. Можешь кричать так громко, как только пожелаешь. Здесь никто не услышит твоих воплей. Есть ли причина, по которой я должен оставить тебя в живых, маленький принц? — прошептал безжалостный голос, от которого юношу повело, а коленки задрожали. Принц предпринял отчаянную попытку сбежать от своего господина, но не тут-то было. Он был абсолютно беспомощен.
Страх сковал юное сердце, проникнув, в каждую клеточку его тела. В голове пронеслись воспоминания о том, как Халдир выдал его секрет за столом у Элронда, как он умолял Глорфиндела на коленях сохранить жизнь их малышу, все унизительные наказания, через которые ему довелось пройти… Глорфиндел знал о нём больше, чем он сам, а он глупенький всё это время боялся. Боялся реакций предательского тела на ласки и наказания хозяина его тела и души, боялся признаться, что ему нравилось подчиняться Глорфинделу. И чего он так боялся?.. Глорфиндел смотрел на него с такой любовью и желанием, что сердце замирало. Именно в этот миг Леголас осознал, что ведёт себя, как глупое дитя. Бояться и стыдиться было совершенно нечего, Глорфиндел никогда больше не обидит его. Это же просто игра…
— Прошу вас, не убивайте меня! — взмолился принц, подыгрывая любовнику. Тонкий голосок правдиво задрожал, но вовсе не от страха.
— Было бы большой расточительностью с моей стороны убивать такого красивого юношу, — опасно промурлыкал Глорфиндел и уселся на край кровати. — Пожалуй, я найду тебе гораздо лучшее применение. Вставай! Хочу рассмотреть тебя как следует!
— Ч-что… вы собираетесь со мной сделать? — Леголас вмиг оказался перед своим лордом. Покорный и испуганный пленник.
— Сначала… я собираюсь заставить тебя преклонить колени передо мной. А затем ты расплатишься со мной за то, что я милостиво сохранил тебе жизнь, принц. И обращайся ко мне, Мастер, — приказал ледяной голос, и Леголас еле сдержался, чтобы не рухнуть на колени, умоляя Глорфиндела подчинить его своей воле, но вовремя взял себя в руки.