– Ты идешь, я тебя прикрываю. – Больше Ворон ничего не сказал. Он намеренно отстал на несколько шагов. Денис знал, что, если оглянется, скорее всего его не увидит, но и ощущение теплого взгляда, направленного в спину, его грело.
Валентин сидел на корточках там же, где и во сне, но выглядел несколько иначе. Камуфляж был привычно серым, созданным для городских условий. Темно-русые волосы острижены коротко, но не слишком. Бледность присутствовала, но она выглядела естественной, а не болезненной. А еще он был без черных очков, позволяя подробнее рассмотреть очень бледные, практически бесцветные глаза.
– Пришел все-таки? – просипел он, и Денис окончательно убедился в том, что тот сон не был бредом распаленного воображения.
– Извини, но я не понимаю предупреждений.
– Это даже хорошо, – проговорил Валентин немного заторможенно. – В любом случае я хотел выслушать тебя. Рассказывай же.
– К нам обратилась Алла Андреева с просьбой найти вас.
– Она так и заявила: ищу Валентина Сизова?
– Да. – Денис на мгновение отвлекся от разговора, внутренним зрением окидывая пространство под эстакадой. Аномалии обожали селиться в таких местах, вот и сейчас на половину улицы Теплый Стан разлилось пятно «мокрого асфальта», практически незаметное в тени. Сверху свисала «радужная борода».
Серые бетонные своды перечеркивало несколько косых лент. В нескольких местах они пересекались, изображая нечто вроде замысловатого орнамента, и в неверной игре света и тени отсвечивали радужными разводами. С лент свисала длинная бахрома, разделяющаяся на множество тонких нитей. У основания они сохраняли малопривлекательный и неприметный серый цвет, практически сливаясь с камнем. Зато ниже становились цветными и очень красивыми – эстетически красивыми, как сказал бы Ворон. Тот, кстати, выбрал наиболее безопасное место. Даже если бы аномалии, здесь обитающие, были агрессивными и подвижными, даже самой энергичной не представилось бы ни малейшего шанса схватить его.
В самом низу нити, которым больше подошло бы наименование щупалец, становились белесыми и тонкими, словно рыболовная леска, и столь же незаметными. Не доставали земли они примерно на полметра и неминуемо схватили бы зазевавшегося.
«Радужная борода» всегда представлялась Денису в виде огромной медузы – столь же прекрасной, сколь и ядовитой.
А еще вдалеке, на самой границе обзора, маячил некто, от которого все внутри начинало мелко подрагивать, покалывать подушечки пальцев, а ладони – гореть. Эмионик не приближался. Наверняка он просто наблюдал. Денис не чувствовал в нем готовности к вмешательству или желания напасть, но и без этого его едва не выворачивало наизнанку.
Следовало успокоиться, и быстро. Он вдохнул-выдохнул и в упор взглянул на Валентина. Из всего, здесь присутствовавшего, реальную угрозу нес именно он.
– Алла Андреева сказала, что разыскивает своего мужа, то есть вас.
Денис не сразу опознал в приглушенно-каркающих звуках смех. Валентин не улыбался, не щурился, его лицо, казалось, не выдавало вообще никаких эмоций. Он просто открывал рот, будто рыба, и издавал звуки, которые иначе как смехом объяснить не получалось.
– Она, вероятно, была бы не против затащить меня в загс. Я в определенное время и сам хотел бы, – признался он. – Но нет, мы так и не расписались: ни пять лет назад, ни перед моим рождением.
– Днем рождения?
– Рождением в Зоне! – Он перестал смеяться и, привстав, принялся разминать ноги. Потом снова сел, вперившись взглядом в Дениса. – Хотя… если бы не Аллочка, я вряд ли осознал, каково это: быть новым человеком.
Денис нахмурился.
– Алла просила нас привести вас обратно, – произнес он как можно спокойнее.
– Да? – Валентин приподнял брови, но остался столь же непроницаемым. На лице-маске не дрогнул больше ни один мускул. – А если я попрошу вас привести ее ко мне? Сделаете?
– Нет, – произнес Денис твердо.
– А зря. Я вполне способен заплатить. Мне говорили, некоторое время назад ты разыскивал артефакт, который какой-то м… чудак обозвал «Мидасом»? Хочешь, я приведу тебя к нему? – Валентин улыбнулся, напомнив киношного злодея. Жаль, по опасности и уму его не получалось поставить на одну ступень, например, с Фантомасом.
– Нет, я слишком хорошо знаю его свойства. – Денис вернул эту улыбочку. – К тому же я не вожу людей в Зону, а вывожу из нее.
– Зачем? Ты никогда не думал, будто людям в Зоне может стать только лучше? Все их проблемы лишь от незнания. Если бы они могли понять и принять новый мир, в котором им предстоит жить, то давно осознали бы свою выгоду. Ты как никто можешь оценить, что способна подарить им Зона. Она бессмертна, и все, в нее попадающие, вечны! – Он снова рассмеялся. – Как считаешь, многие клюнут на такого рода рекламный трюк? Тем паче он не лжив в отличие от всех прочих.
– Но имеет один немаленький подвох, – процедил Денис сквозь зубы. – В виде детей, которые мечтают, но никак не могут вырасти.
