Раздвинув диван, Женя лег рядом, но заснуть так и не смог. Казалось бы – не так страшно, эпилептики живут долго и счастливо, но на каком-то интуитивном уровне пилот понимал, что это последствия попадания в аномалию. В таком же состоянии ее оттуда вытащили, и так же несколько часов она проспала глубоким сном, а после почти ничего не помнила. Посмотрев на бледное лицо Титовой, Женя поправил куртку и рефлекторно приобнял девушку, пытаясь согреть. В голову лезли дурные мысли, мешающие не просто заснуть, а нормально жить. Все сказанное Вистой и Титовой с трудом умещалось в черепной коробке. Сложно поверить в то, как один человек смог перевернуть с ног на голову свою жизнь и жизни сотни других людей, даже не подозревавших о его существовании. Титову было искренне жаль, на ее плечи легла безграничная ответственность, ведь так или иначе из-за нее погибли люди. С этой мыслью не смириться, но с ней придется жить. Просыпаться, бодрствовать и засыпать. Каждую минуту, каждый час, каждый день – это будет с ней. Рано или поздно она сломается, Женя это знал. Время не залечит, оно поможет смириться с тем, что взамен жизни пришло существование.
Крутясь волчком, Женя пытался заснуть, но его бросало то в жар, то в холод, он никак не мог улечься. К утру все казалось уже ненастоящим, очень далеким, какой-то подделкой, а не оригиналом. Не верилось даже в мирно сопящую рядом Титову, которая уткнулась носом в его плечо. Часы показывали пять утра, а Фролов всю ночь пробыл в полубреду, не заснув ни на минуту. Услышав шум за дверью, пилот аккуратно перелез через Титову и начал обуваться, но задел стол, с которого с грохотом на пол полетели книги. Затаив дыхание, он посмотрел на Василису.
Разбудил.
Открыв глаза и сонно проморгавшись, та села и недоуменно покрутила головой по сторонам, пытаясь найти источник шума, но обнаружила только Женю, стоящего в одном ботинке.
– Прости, что разбудил, – поднимая с пола книги, извинился пилот.
На лице Титовой застыло недоумение, которое быстро сменилось испугом. Она встала, осмотрелась, словно оказалась в этой комнате впервые, затем в немом вопросе уставилась на Женю.
– Ты ничего не помнишь? – догадался тот.
Титова в ответ медленно кивнула.
– Вероятно, я не помню чего-то важного, так ведь?
Девушка, ежась, внимательно осмотрела себя с ног до головы, чтобы избавиться от определенных подозрений, и когда они не подтвердились, она снова уставилась на Женю.
– Тогда у меня для тебя плохие новости. Вчера у тебя случился приступ эпилепсии.
– Ты серьезно? – Титова села обратно на диван.
– У меня проблемы с чувством юмора? – Женя был раздражен. Но причиной была не Титова, а злость, которую аккумулировали последние события.
– Я никогда не страдала ничем подобным. Может быть, это последствия попадания в аномалию?
– Вась, – пилот, зашнуровав второй ботинок, присел рядом и приобнял девушку за плечи. Он встретился с ее рассеянным взглядом и протянул со стола очки. – Я не врач, я не знаю. Но я очень переживаю за тебя.
– Все будет хорошо, – соврала Титова.
Договорить им не дали, в комнату, услышав разговоры, бесцеремонно ворвалась Виста. Как всегда бодрая, шумная и свежая, будто не было за ее плечами бессонных и трудных ночей. В руках она небрежно держала планшет.
– Короче, я все решила. Уже послезавтра документы на вас будут готовы, так что недолго вам осталось здесь куковать.
Молодые люди даже слова вставить не успели.
– Да не благодарите, я знаю, что я молодец. Но пока вы здесь, я бы хотела попросить Василису о помощи.
– Да, конечно, – Титова натянула на футболку шерстяной свитер. На базе было прохладно. – Все что хочешь, если расскажешь, о чем ты вообще?
Замешательство и абсолютное недоумение медленно, будто неопытный скалолаз, вскарабкались по лицу Висты и осели на бровях. Хакерша несколько секунд внимательно смотрела на Титову, пытаясь понять, шутит та или действительно не понимает, о чем идет речь. Увидев искреннее непонимание, Виста неуверенно начала объяснять:
– Ну мы же неоднократно это обсуждали. Мой знакомый создаст вам новые личности и документы.
– Да? – искренне удивилась Титова. – Это здорово, очень. Я, наверное, забыла. Прости. Так, о чем ты хотела меня попросить?
Женя внутренне напрягся, но старался не показывать этого, дабы не напугать Титову.
– Да там ерунда. Тебе дел-то на полчаса.
Уверенным шагом приблизившись к Васе, хакерша протянула ей планшет, предварительно сняв тот с блокировки.
– Помнишь, одной из разработок для военных у тебя был автоматизированный пулеметный боевой модуль с дистанционным управлением? Я такой же хочу для Хана, но у меня что-то не получается. Не посмотришь? Где-то накосячила, а не очень понимаю – где. Вот исходный код, глянь, пожалуйста.
– Я?
Неуверенно, словно отец, впервые взявший новорожденного, Василиса двумя руками сжимала тринадцатидюймовый планшет. На экране тянулись вереницы из символов, букв и цифр. Она моргнула, тряхнула головой и снова уставилась на текст компьютерной программы.
– Это на каком языке? – Лицо программистки скривилось в искреннем недоумении.
